– Посмотри вокруг. Слишком много закоулков, слишком мало камер и слишком мало времени. Может быть, мы что-то найдем в телекамерах магазинов, но и на это уйдет время.
Карл вздохнул:
– А что, если походить по квартирам, поспрашивать, не заметил ли кто-нибудь, откуда приехал автобус?
– Безнадежно, – сказал пессимист Вебер.
– Кто-нибудь пытался разгадать загадку о площади и голубе, который летает низко? – спросил Асад.
– Да, мы этим занимаемся, – сказал инспектор. – Все площади, где много голубей, нами отмечены. Но должен признать: сравнительно с другими крупными городами в Берлине на самом деле не очень много этих птиц.
Карл посмотрел на него вопросительно:
– Как это понимать?
– Да, я тоже удивился. В нашей группе есть парочка орнитологов-любителей, и они говорят, что количество голубей в Берлине за последние двадцать лет сократилось на две трети.
– И сколько же их теперь? – спросил Карл.
– Примерно десять тысяч. Серьезная угроза для них – реновация жилых домов. А также сетки, провода, гвозди на крышах, которые сокращают площадь гнездования.
– Может быть, вы не любите голубей здесь, в Берлине? Слишком много голубиного помета?
Полицейский инспектор вскинул голову:
– Мм, вы интересуетесь моим личным мнением?
– Да, именно так.
– Я ничего не имею против голубей. От них в тысячу раз меньше дерьма, чем от собак. Двадцать тысяч тонн собачьих экскрементов в год для города размером с Берлин – это гораздо хуже.
О черт, как хорошо Карл понимал его. Несколько лет он был участковым и почти ежедневно, к большой досаде своих коллег-полицейских, сидя в участке, писал отчеты под нестерпимую вонь от подошв своих ботинок.
– А еще есть ястребы, в Берлине их очень много, – продолжил полицейский инспектор. – Они тоже сокращают количество голубей.
– Ястребы? – удивился Асад.
– Да, больше ста пар в Берлине. Уникальное явление, надо сказать.
– И ястребы вьют гнезда на деревьях, верно? – сказал Асад. – А можно попросить вашу группу отметить на карте места, где больше всего ястребов в городе.
– Зачем?
– Если бы я был голубем, а рядом гнездились ястребы, я летал бы низко.
«Интересная, но вряд ли перспективная гипотеза», – подумал Карл и посмотрел на Асада, слегка улыбнувшись. Его надо было как-то подбодрить сейчас. Асад сидел на ящике, тщательно изучая карту Берлина. Каждые пять минут он смотрел на часы, словно хотел остановить время.
– Нашли что-нибудь? – крикнул инспектор техникам.
Те покачали головой.
Один из них подошел ближе.
– Ящик, который они прятали за шторкой в конце автобуса, был закрыт пластиковой пленкой. Обнаружен маленький кусочек, который остался в щели, остальное удалено. Мы не можем сказать точно, что было в ящике. Но служебная собака показала наличие взрывчатки.
Если Вебер и удивился, то, во всяком случае, виду не подал.
– Плохо дело, – сказал он. – А что с туалетом?
– Им не пользовались. По-видимому, они обходились туалетами на стоянках.
Вебер кивнул полицейскому инспектору.
– И больше ничего нет на них, верно? Записей видеокамер, покупок по кредитным картам?
Тот покачал головой:
– Нет, во всяком случае, пока нет. Но мы нашли длинные волосы на спинках нескольких сидений в автобусе. Послать их на анализ ДНК, чтобы сравнить с найденными во Франкфурте?
Полицейский инспектор посмотрел на Вебера, тот покачал головой.
– Это ТОЧНО их автобус, значит совпадение гарантировано. Но, честно говоря, что это нам даст в нынешней ситуации? Ладно, пошлите, только ждать результатов мы не будем.
– Вы обследовали территорию вокруг автобуса? Может быть, они что-то нечаянно обронили или выбросили? – спросил Карл.
– Единственное, что мы нашли, – это использованные носовые платки. Кажется, есть еще один под сиденьем, я спрошу у других.
– Хорошо, – сказал Вебер и обвел взглядом двух датчан и своего помощника.
Зазвонил его мобильник.
Вебер долго стоял, приложив телефон к уху и устремив взгляд в небо. Потом прищурился и показал вверх. Карл ничего там не увидел.
– Посмотрите, – сказал Вебер и снова показал на небо, когда разговор был завершен. – Ястреб. – Он засмеялся, потом вспомнил то, что ему только что сообщили. – Наши люди во Франкфурте получили его фотографию.
– Чью?
– Снайпера, который убил наших сотрудников.
– Вот дьявол, значит, у нас есть шанс его остановить, – воскликнул Карл.
Вебер покачал головой:
– Один мужчина, проживающий в многоквартирном доме, сделал снимок со своего балкона за несколько дней до стрельбы. Отчетливо видно лицо того, кто подходит к подъезду с маленьким чемоданом в руке. Увидев это лицо, можно получить шок.
– Это еще почему? – спросил Карл.
– Почему? Во-первых, потому что этот человек – фигура весьма примечательная, а во-вторых, потому что фотограф продал снимок одному коммерческому телеканалу. Так что личность убийцы будет известна всей стране и появится во всех СМИ. Начнется всеобщий переполох.
– Ну отлично! Что может быть лучше?
