– Ты слышал, что она сказала? Они стоят наверху у фитнес-центра и стреляют по людям внизу на главной площади торгового центра.
– Да, слышал, но через несколько секунд мы их ликвидируем. То же самое с Дитером Бауманном. Он забаррикадировался, но теперь мы знаем, где он.
Асад повернулся к стеклянной панели и входу в итальянский ресторан. Там, внутри, ему наверняка скажут, сидит ли все еще мужчина в одежде ортодоксального иудея, а если ушел, то в какую сторону.
Через стекло Асад увидел, что внутри много людей. И это было совершенно понятно. По-видимому, люди бросились сюда во время первой перестрелки.
Перед тем как войти в ресторан, он кивнул мужчине, который стоял за стойкой сразу у входа. Увидев Асада, тот испугался. Стоял и смотрел на него, словно Асад был одним из террористов.
Асад прекрасно его понимал. Небритый загорелый мужчина с оружием в руке озирается по сторонам. Один из этих?
Поэтому он поднял вверх руки, чтобы показать, что его не надо бояться. И вошел.
– Успокойся, все в порядке, – сказал он. – Я ищу человека, который вошел сюда не очень давно в одежде ортодоксального иудея, как и те, кто стреляет снаружи. Большая борода, шляпа и пейсы. Знаешь, где он?
«Почему он дрожит?» – подумал Асад ровно на секунду позже, чем надо. Удар по затылку был сильным и точным, и Асад упал на колени перед стойкой. Спустя секунду он получил удар по ребрам, отчего потерял представление о том, где он. Рука потянулась к пистолету. Люди вокруг закричали. Асад попытался перекатиться на бок, чтобы встать. И только когда был нанесен следующий удар, понял смысл произошедшего.
– Можешь не искать. Твой пистолет у меня, Заид, – раздался сверху голос Галиба.
«Вот и все», – подумал Асад и посмотрел прямо перед собой. Секундная невнимательность и глупость, и жизни приходит конец.
– Вставай, – сказал Галиб. – Вставай, собака. Наконец-то я тебя нашел. Ты всегда ловко прятался, Заид, но в этом у тебя больше не будет нужды.
Асад медленно обернулся. Перед ним стоял он. Без бороды, без шляпы и болтающихся пейсов, такой как есть. Мерзкая тварь. С пистолетом Асада за поясом, автоматом «узи», как у других, в одной руке и маленьким, внушающим ужас пультом – в другой.
– У меня тут есть несколько друзей, которые могут нас проводить. Вы знаете, что вам делать, иначе я вас убью. – И показал им пистолет.
Трое мужчин и три женщины. Передняя женщина со светлыми волосами была в униформе с надписью «Шарлоттенбург Турс». Казалось, она не воспринимает происходящее как реальность. Она сопровождала, видимо, группу туристов и забежала сюда в поисках укрытия, когда началась стрельба. Остальные, без верхней одежды, были обычными посетителями, которым просто не повезло. На лицах у всех был ужас.
– Оборона – лучшее оружие римлян, может, вы не знали об этом? – возвестил Галиб. – Они всегда нападали фалангой, а для обороны создавали защитную стену из щитов. Это называлось «черепаха». Так вот вы и будете моей «черепахой».
Он велел человеку у стойки открыть дверь и приказал Асаду идти первым. Если кто-то пойдет слишком быстро, получит пулю, это касалось в первую очередь Асада.
– Но ты не думай, что умрешь, Заид. Я найду на твоем теле такое место, чтобы ты остановился, но не умер.
Галиб велел «черепахе» встать перед стойкой.
– Вот, друг, – сказал он человеку за стойкой, – возвращаю тебе пластиковую карту. Там у меня небольшой должок перед заведением, но ты, наверное, простишь его мне.
И они вышли.
– Сейчас ты позвонишь главному начальнику, Заид, и через две минуты все солдаты и полицейские должны исчезнуть, – приказал Галиб. – Я имею в виду исчезнуть СОВСЕМ. Иначе я взорву все бомбы.
Асад взял мобильник и кратко передал сообщение. Вебер был в шоке.
– Если мы уйдем, то живым тебе отсюда не выбраться, Асад.
– Я в любом случае не уйду отсюда живым. Сделай то, что он сказал. У вас есть две минуты.
Асад посмотрел по сторонам. Мужчины в штатском, полицейские и люди из подразделения антитеррора подняли руку к уху, потом спокойно и медленно удалились.
Окруженный со всех сторон заложниками, Галиб наблюдал за происходящим.
– Хорошо, Заид. Мы закончим эту историю достойным образом. – Потом он повернулся в ту сторону, где стояла коляска Хоана. – Афиф! – крикнул он. – Ты останешься здесь, пока я не вернусь, – сказал он с теплотой в голосе.
Асад сглотнул комок в горле. Если бы не три женщины, которые теперь наконец были так близко от него, то он отказался бы идти дальше.
– Я хочу, чтобы ты посмотрел в глаза своей семье, прежде чем твой путь на этой земле закончится, Заид. Загляни в глубины своей души и подумай о том, что ты сделал им. А они пусть посмотрят на тебя, послушают… Чтобы понять, насколько ты осознал свою вину перед ними. И тогда они со спокойной душой постигнут, каким облегчением будет смерть для всех вас.
