И вдруг Кучерявый замер, выпрямился на сиденье, повернул лицо в сторону острова Фемерн и стал стучать кулаками по спинке пассажирского сиденья. Карл с огорчением косился на него, потому что никогда раньше не присутствовал при таком бесконтрольном поведении. Удары сотрясали машину, вена на шее у Асада, казалось, готова была лопнуть в любую минуту, лицо потемнело, и этот обычно спокойный человек весь вспотел так, что со лба и из-под мышек текли ручьи пота.
– Пусть мальчик побуйствует и утихомирится, – часто говорила Вигга, когда пасынок Карла Йеспер, будучи тинейджером, выходил из себя и бился лбом о стену.
Сейчас этот совет Вигги показался ему дельным, хотя они ехали на «БМВ», крепость машины имела свои пределы, а сил у Асада было хоть отбавляй.
«Бедный автомобиль», – подумал Карл, но весь сеанс, слава богу, продолжался три-четыре минуты и внезапно кончился. Абсолютно спокойно Асад повернулся к Карлу и столь же миролюбиво спросил, сможет ли он не раздумывая убить человека, если придется.
«Не раздумывая», – сказал он. А что значит «не раздумывая»? Во время войны? Когда есть угроза для жизни близкого тебе человека или для твоей собственной?
– Это зависит от обстоятельств, Асад.
– Я сказал «если придется».
– Тогда да.
– А ты смог бы сделать это любым оружием? Топором, стальной проволокой, ножом, руками? Тоже мог бы?
Карл наморщил лоб, вопрос был крайне неприятный.
– Я так и думал, Карл. Ты не сможешь. Но ты должен знать одну вещь: тот человек, которого мы ищем, сможет это сделать, и я тоже смогу. И когда настанет такой момент, не останавливай меня, ты понял?
Карл не ответил, и Асад больше не спрашивал. Было очень тихо, каждый был погружен в свои мысли, а автомобиль мчался на юг по немецким автобанам.
«Может быть, плитка шоколада его немножко взбодрит», – подумал Карл через несколько километров, когда дорожный указатель с вилкой и ножом возвестил, что впереди находится Raststätte[40].
– Зачем нам туда? – спросил Асад, когда Карл съехал с дороги и припарковался у кафе. – Проблемы с желудком или еще что?
Карл покачал головой. И если бы даже он захотел в туалет после сотен километров в пути, неужели это было бы странно? Может быть, у Асада мочевой пузырь был размером с западно-ютландский резервуар для навоза, но другие-то могли позволить себе иногда отлучаться по нужде в более или менее пристойном месте.
Карл взял пару шоколадок Ritter Sport и расплатился. По крайней мере, это то, что он мог съесть сам, даже если Асад не захочет. Он показал шоколадку Асаду, который рассматривал газеты и журналы.
– Я тут подумал, что нам нужно немного пофуражировать.
Асад с удивлением посмотрел на него.
– Пофуражировать? – спросил он. – А это не то, что делают в одиночестве?
У Карла не возникло желания задавать ему уточняющие вопросы.
– Давай скажем «запастись провиантом», если ты думаешь, что это лучше.
Карл обернулся и увидел, что Асад вообще не слышал его ответа, он стоял, вытаращив глаза, с газетой в руке.
Карл заглянул через плечо. «Жертва 2117» написано было большими буквами на всю ширину страницы. Асад вцепился в газету, как будто она вот-вот улетит.
– Идем-идем, Асад, – сказал он, но Асад стоял неподвижно. К сожалению, его познания в области немецкого языка были значительно лучше, чем у Карла.
– Эй, ты, – крикнул мужчина у кассы. – Тут не библиотека, сначала заплати за газету, а потом читай.
Асад обернулся и посмотрел на него так, будто через мгновение сунет эту газету ему прямо в глотку. Карл знал, что может произойти и такое. Когда Асад в виде исключения выходил из себя и позволял проявиться своему темпераменту, дело могло оказаться весьма хлопотным и вылиться в круглую сумму.
– Я заплачу, спасибо! – крикнул Карл в ответ. – Конечно заплачу.
Асад положил газету на колени, когда они сели в машину. Он качался взад-вперед, хватался за живот, наклонялся, откидывался на спинку кресла и рыдал без слез и звуков.
Через некоторое время он повернулся к Карлу.
– Ты мой якорь в этой жизни, Карл, спасибо тебе.
Ничего больше не сказал, только повернулся к лобовому стеклу и стал смотреть вперед, играя желваками и топая по полу со скоростью автоматной очереди.
И только тогда Карл понял, что Асад сейчас находится где-то в промежуточной зоне между человеком и машиной для убийства.
Они доехали примерно до Касселя, когда зазвонил мобильник Карла, нарушив угнетающую тишину. Это был Гордон.
– Карл, ты можешь сейчас говорить? – спросил тот.
– Я за рулем, но у меня телефон на громкой связи, так что валяй.
– Мы с Розой обзванивали киоски весь день. Начали с Брёнбю, потом Видовре, Рёдовре и Вальбю[41]. Затем двинулись на север и здесь нашли кое-что перспективное, потому что владелец киоска в Брёнсхойе говорит, что примерно месяц назад молодой человек скупил у него все одноразовые карты, какие только были. Он точно не помнит, сколько их было, но порядка пятнадцати-двадцати, как он считает.
Карл и Асад переглянулись.
– Это, конечно, много, но покупали, может быть, для какого-нибудь объединения или клуба, – предположил Карл.
