тщательно старалась не заводить себе смертельных врагов среди аристократов-
головорезов ее родного мира, ничто не спасло ее, когда пришли арбитры с щитами и
дробовиками, чтобы очистить весь улей от псайкеров.
Псайкеры. Ведьмы. Еретики. Одним своим существованием они совершали гнуснейший из
грехов. Никто не знал, куда их везут, но все понимали, что там, в конце путешествия, их
ждет кара.
Ксанта позволила своему разуму погрузиться глубже. Чувства выскользнули за пределы
тела. Она видела яркое сияние умов других запертых в трюме псайкеров. Некоторые из
них слабо мигали – это были самые опасные, которых все время накачивали седативами.
Другие все еще мерцали надеждой. Большинство светились тускло, приняв свою судьбу.
Она также чувствовала обереги, встроенные в корабль. Сложные геометрические узоры,пентаграммы и переходящие друг в друга спирали, вытравленные психоактивными
составами и начертанные священной кровью. Они покрывали каждую поверхность
трюма и образовывали щит, непробиваемый для психической силы. Мощь самой Ксанты,куда большая, чем предполагал экипаж корабля, превратилась в неясное мерцание на
задворках ее разума.
С одной стены стекала струйка воды. Ксанта заметила ее четыре месяца назад, когда
на пленников впервые надели оковы. Какой-то изъян в стене позволил сконденсироваться
влаге от их дыхания. Вода копилась и текла вниз. На протяжении месяцев она проела в
металле крошечную полосу ржавчины, не более чем красноватое пятно для
невооруженного глаза. Ксанта его не видела – не воспринимала обычными чувствами –
уже много недель, с тех пор, как ангар последний раз освещался.
Священный елей, которым были начертаны обереги, размылся. Узор был нарушен.
Единственная струйка проточила маленький канал – такой маленький, что его мог
использовать только один из наиболее мощных разумов.
Разум Ксанты действительно был очень силен.
Она позволила сознанию выскользнуть из тела. Риск был невероятный, в любой другой
ситуации она бы никогда на это не отважилась. Если она не сможет вернуться в тело,то умрет – дух угаснет, тело просто прекратит дышать. Если же обереги будут
усилены, пока Ксанта не успела вернуться, ее полностью оторвет от тела, и она
окажется беззащитна перед хищниками, что рыщут у краев реальности в поисках
затерянных душ.
Но обстоятельства вынуждали ее. Риск того стоил.
Разум Ксанты устремился к крошечной прорехе в защите. Она задевала узоры, и те
прочерчивали на ее душе царапины психической боли. Она прошла сквозь огонь и
оказалась снаружи.
