Жертва полностью

– Наблюдаю за ритуалом, конечно. Я тут, Ниша – в Кассии. Перенесите Рэми, Кадма, Тисмена, Лерина и Виреса в храм богини.

– Вы же не думаете, что вам позволят… – начал Арам.

– Я очень даже думаю и знаю. Ваш вождь, насколько я помню, приказал вам слушаться. А ты, Арман, – он махнул рукой, сметая кокон, – пойдешь в Кассию под присмотром моего хариба.

– Я пойду с братом! – выдохнул Арман.

– Ты пойдешь туда, куда приказано. Когда закончится ритуал, повелитель захочет тебя видеть. Я не разбужу телохранителей до завтрашнего утра, сегодняшний день для них не будет существовать. Твой брат даже не заметит твоего отсутствия. Или ты мне не веришь?

– Я верю! – вмешался Лиин. – Позвольте мне пойти с Арманом, телохранитель. Он еще слаб после болезни, боюсь, ему может понадобится помощь целителя. А, как понимаю, для нас важно, чтобы как можно меньше людей знало о его встрече с повелителем.

– О его встрече с повелителем будут знать очень многие, – возразил Даар. – Но ты можешь идти с ним, Лиин. И чтобы тебе и Арману было спокойнее, я оставлю возле себя Нара.

Арман сглотнул, но позвал хариба. Нар появился сразу, бросил обеспокоенный взгляд на своего архана, и, поняв все без слов, вошел в переход вслед за телохранителем и исчезнувшим с ним Рэми. Арман тихо вздохнул, сел на кровати и опустил голову на руки. Ритуал… и зов повелителя. Элизар не может быть правым… не может!

– Арман… – позвал его Лиин. – Я помогу тебе одеться к встрече с повелителем. Поднимайся, у нас нет времени.

– Ты хоть понимаешь, что происходит?

– Я всего лишь его тень, мой архан. Я вам помогаю, решаете вы.

Вам. Арман поднял взгляд на Лиина, столько лет бывшего его единственным другом, и молча поднялся. Значит, повелитель его ждет… значит, многие будут знать об этой встрече? Значит, Элизар прав и на плечи Армана взвалят эту ношу… что ж. Даже если так – он выдержит. Тем более, что и выдерживать долго, скорее всего, не придется.

– Ну-ну, Лиин, – усмехнулся Арман. – Дайте боги, чтобы мой брат нам всем это простил.

– Разве твой брат когда-то тебя в чем-то винил, Арман? Разве всегда не пытался понять? Почему же ты теперь в нем сомневаешься?

Потому что скоро Рэми будет Виссавией, а Арман Кассией. Но зачем тревожить душу хариба такими знаниями? Это все равно никому не поможет. И когда Лиин закончил разрисовывать ему лицо рунами, Арман расправил плечи и вошел в созданный для него переход. Если жизнь брата на самом деле попадет ему в руки, он ее не упустит.

***

Синие нити напряглись до предела и начали лопаться, одна за другой. С едва слышным, но бьющим по нервам щелчком. Этих нитей было так много… и так мало… и так быстро улетучивались и исчезали узы, еще вчера бывшие нерушимыми…

Миранису предлагали заснуть… но он хотел помнить. Помнить каждый щелчок, каждый удар проклятой, безумной судьбы, каждое мгновение ускользающей через пальцы связи…

– Мой архан, – тихо прошептал хариб, и Миранис тяжело вздохнул, забывшись в полудреме на холодящем спину камне алтаря. – Мой архан, этого ли ты хочешь?

Миранис не хотел. Видят боги, не хотел. Но у него не было выбора… почему боги не оставили ему выбора!

«Спасибо», – прошелестело в сознании, и Миранис усмехнулся, закрывая глаза. Арман, наглец… ты уже в Кассии. И осмеливаешься врываться в мысли своего принца без спроса.

«Я с тобой, мой принц, я до самого конца буду с тобой», – будто совсем рядом сказал Арман, прежде чем тело пронзило новой волной боли.

У Армана была целая ночь, чтобы все обдумать и прийти к неутешительному выводу: Элизар может оказаться правым. Выйдя из перехода, Арман в задумчивости скинул плащ на руки хариба повелителя, Маро, и лишь миг позднее понял, что сделал и мысленно похолодел. Непочтительности при дворе не прощают, а непочтительность к харибу это непочтительность к его архану...

— Не беспокойтесь, мой архан, — правильно понял его Маро. — Сегодня я ваша тень и замена Нару. Сосредоточьтесь, пожалуйста, на ваших обязанностях и забудьте о том, кто я и кому обычно служу.

— Это проще сказать, чем сделать.