Мелкую пакость, что попадалась под ноги, я давил без затей, в паучков пожирнее палил из пистолета, а самых наглых, выпрыгивающих из окон, рассекал кнутом, и они лопались словно спелые арбузы орошая все всё вокруг взвесью сизой крови. Паучьи громадины, размером с автомобиль, двигались неповоротливо, но с устрашающей мощью, сметая все на своем пути, расчищая дорогу для более проворной мелочи. Я мог бы давно вырваться вперед, раствориться в лабиринте улиц, но эта паучья орда за моей спиной была мне нужна. Впереди меня ждала встреча с лотусом, а без плазменной винтовки такая армия членистоногих тварей казалась не лишней гарантией выживания.
Кажется, он почуял мое приближение и прибавил ходу. Справа, словно исполинский надгробный камень, рухнула поперек улицы башня многоэтажки, усыпав все вокруг осколками стекла и обломками бетона. Лотус либо уже на той стороне, либо… И точно – вот он. Здоровая тварь, ничего не скажешь, да и на ящера похожа мало. Видимо, система в этот раз решила не наращивать массу, а сделать её более подвижной и смертоносной.
Белая тень скользила между зияющими глазницами окон, метрах в десяти над землей. Странный зверь, опираясь на четыре мощные лапы, с обманчивой неуклюжестью пересекал руины. В каждом его движении, за маской неуклюжести, таилась смертоносная грация, взрывная скорость и грубая сила. На этот раз система постаралась и сделала его проворнее, что превращало охоту в смертельную игру. Тварь, словно призрак, воспаряла вверх, от окна к окну, к вершине истерзанной многоэтажки. Нельзя было просто пристрелить его издали, как ту колоссальную тварь на лестнице. Да и пистолет на таком расстоянии превращался в бесполезную игрушку. Нужно сблизиться, нивелировать его маневренность, найти брешь в броне, уязвимое место в этой стремительной белой смерти.
Резко изменив направление, я прыгнул на покосившийся рекламный щит, словно акробат, взлетевший на арену. С него, одним отчаянным рывком, я достиг окна второго этажа соседнего дома. Промчавшись по узкому коридору как тень, я выпрыгнул на пожарную лестницу. Теперь, полагаясь больше на мощь рук, чем на ноги, я рванул вверх по холодному металлическим поручням. Моя новая рука слушалась идеально, мышечные усилители брони работали безупречно, за каждый рывок я преодолевал не менее трех метров.
Паучков мой маневр раззадорил, мелочь как таковая отстала, а вот среднего размера твари, наоборот, лезли со всей щелей и ползли по вертикальной стене вслед за мной, мешая друг другу, сталкиваясь и падая вниз с высоты уже, наверное, метров пятнадцати. Скрип хитина, шорох лап, шелест дождя и мое почти ровное дыхание, вот и все звуки, что я слышал сейчас.
Практически взлетев на крышу полуразрушенного дома, я понесся по металлическому настилу гремя металлом ботинок и взяв хороший разбег, перепрыгнул на остов башни. Прыжок вышел преотличным, я пролетел метров десять пустоты и приземлился на практически ровный бетон торцевой стене высотного здания. Не задерживаясь не на секунду, рванул вперед, где метрах в пятидесяти от меня на стену взлетел белый лотус. Наша гонка практически закончилась, еще через несколько десятков метров здание обрывалось изломом и деваться тут было особенно и не куда. Словно почувствовав, что сам себя загнал в ловушку, лотус развернулся и замер, не добежав до края десяток метров.
Вот теперь у меня было больше возможности рассмотреть противника. Больше всего монстр сейчас напоминал мне пантеру переростка, длинное стремительное тело с буграми мышц, мощные лапы с огромными саблевидными когтями, белая лоснящаяся чешуя заканчивалась длинным хвостом с острым костяным жалом. Морда же твари была практически освобождена от чешуи, на меня смотрел голый череп, на котором ярко горели три изумрудных глаза и огромная пасть полная острых клыков. Почему регенерация не затронула череп осталось для меня загадкой, которою мне предстоит скоро разгадать.
Долго играть в гляделки нам не дали, из-за спины и с боков противника полезли пауки всех мастей и размеров, позади меня накатывала целая волна тех, кто смог перепрыгнуть с крыши на бок лежащей многоэтажки. Вот теперь мы практически на равных, масса атакующих противников вокруг и в середине всего этого два противника, готовых уничтожить друг друга любой ценой.
Видя накатывающуюся волну монстров, я сдержал утробный рык, но волна адреналина всё равно подстегнула меня, мой противник же не смог сдержаться и вместо того, чтобы атаковать меня бросился на пауков, что лавиной накатывали на нас. Всё же эта ненависть к паукообразным видимо была зашита в моей крови ещё со времен инкубатора. Удары мощных лап и длинного хвоста раскидали первых противников и я, достав кнут присоединился к схватке, разрезая и рвя на куски тела налетевших сзади тварей.
