Мы продолжали осматривать каверну, освещая каждый уголок своими фонарями. Вскоре мы обнаружили еще несколько колонн с выгравированными символами, а также остатки каких-то сооружений, погребенных под слоем песка. Находка была, безусловно, интересной, но сейчас важнее было найти способ выбраться из этой ловушки. Я вновь осмотрел стены каверны, пытаясь найти хоть какую-то возможность подняться наверх. Мои размышления прервал восторженный голос Безымянки.
- Смотри, тут большое панно!
Приблизившись, я высветил лучом фонаря большую арку из орнамента. На темной поверхности, припорошенной песком на меня, смотрело моё отражение. Только подойдя ближе я понял, что это не зеркало. Чуть нависая надомной, на меня смотрел ящер одетый в броню по типу МЭК, легко можно было распознать жерло огнемета на левом плече. Протянув руку, я стал стирать с поверхности песок, всё больше и больше открывая взгляду очень реалистичный рисунок.
А ящер то не один. На заднем плане головы и силуэты других, более хлипких и ниже ростом. Руки безоружны, в отличии от первого держащего в могучих лапах точно такой же резак, что держал в своих лапищах некогда сержант Грилл при высадке на Каргет.
Вспомнив тот бой с дронами цорргов, я неожиданно понял, что морда ящера не сильно то и похожа на мою или даже сержанта. Голова Грилла была массивная, с мощным лбом и скошенным затылком, глаза были узкие и прикрыты плотной чешуёй век, пасть полна острых зубов. Моя же морда сейчас больше напоминала грубую маску человека, пусть и с чешуёй вместо кожи. Образец смотрящий на меня с панно был больше похож на рептилию. Треугольная вытянутая морда, скошенная к узкой пасти, глаза глубоко вдавлены в черепную коробку, а самое удивительное, это пять пальцев, сжимающий рукоять резака.
Картина была искусно выполнена и изображала какую-то значимую сцену. Взгляд рептилоида был устремлен чуть в бок и как будто он смотрел за спину находящегося на против него зрителя. Пытаясь проследить за его взглядом, я повернулся назад и ущипнул себя за ляжку. Нет, я не сплю. За моей спиной на одной из колонн я заметил знакомое свечение, которое видел не так давно, при активации Ступени. Подойдя ближе и убрав налипшую грязь и песок я обнаружен на уровне глаз отпечаток четырехпалой ладони, бледно светящейся в сумраке голубым светом.
Сердце бешено заколотилось. Отпечаток манил к себе, и я невольно вытянул вперед руку, касаясь каменной поверхности. В голове пронеслись обрывки воспоминаний о том, как активировал подобный отпечаток на корабле. Не раздумывая долго, я приложил ладонь к светящейся поверхности.
Мир вокруг взорвался красками, запахами и звуками. Меня словно выкинуло в другой поток реальности. Каверна исчезла, оставив после себя лишь размытый фон, на котором начали проявляться очертания города. Города, какого я никогда не видел. Высокие башни из темного камня, устремляющиеся в небо, словно когти хищного зверя. Узкие улицы, по которым сновали существа, похожие на тех, что были изображены на панно. Рептилоиды в броне, рептилоиды без брони, рептилоиды всех мастей и размеров. Они говорили на непонятном языке, жестикулировали и, казалось, жили своей обычной жизнью. Я видел стайки детей, играющих в пыли, молодых, тонких в талии девушек, что плели венки и раскрашивали чешуйки на своих телах в разные цвета. Видел старых, сгорбленных ящеров сидящих на ступеньках своих домов. Я стоял посреди всего этого, невидимый, словно призрак, наблюдая за чужой реальностью.
Ощущение нереальности происходящего давило на меня со всех сторон. Я попытался пошевелиться, но мои ноги словно приросли к земле. Я был заперт в этой иллюзии, наблюдателем, лишенным возможности взаимодействовать с окружающим миром. Рептилоиды проходили сквозь меня, не замечая моего присутствия, словно я был просто тенью, отблеском их собственной реальности.
Внезапно картина изменилась. Небо надомной пылало огнём. Вокруг взрывалась земля, рушились дома, горела земля. Полчища серых теней спускались с небес и вступали в схватку с защитниками. Ящеры в самых разных доспехах, с самым разным оружием бросались в схватку. Вокруг выл ветер, слышались яростные крики защитников и предсмертные хрипы умирающих.
В хаосе битвы я перестал быть невидимым. Рептилоиды, сражающиеся с тенями, начали замечать мое присутствие. Их глаза, полные ужаса и отчаяния, устремлялись на меня, как на воплощение их худших кошмаров. Некоторые из них, в предсмертной агонии, пытались дотянуться до меня своими когтистыми лапами, словно желая утащить меня за собой в бездну. Другие же, наоборот, отворачивались, закрывали глаза, словно мое появление было предвестником неминуемой гибели.
