— Да, какой там интернет! Цирк не может себе позволить дать самую дешевую рекламу в газете! Кстати, спасибо Вам огромное за Вашего доктора и за еду! Я никогда еще не встречал таких добрых людей! Искренне благодарил цыган.
— Прекрати, Рома! У вас сегодня последнее представление?
— Да, завтра уезжаем, приходите вечером! А то в прошлый раз неудобно получилось.
— Ну, ближе к вечеру, решим! Привет супруге! Поторопилась проститься Лана и выключила телефон.
— Тао, скажи, пожалуйста, Гарри, что хозяина цирка зовут Загорулько Борис Андреевич! Он в кабинете моего мужа, а я пока приготовлюсь. Сказала Лана и вернула Тао его телефон.
Тао вышел, а Лана быстро сняла футболку и улеглась на живот. Когда китаец вернулся, от Ланы не ускользнула хитрая улыбка Тао.
— Что улыбаешься? Гарри крутой?
— Еще бы! Никогда не видел его таким деловым! Ответил Тао, протирая спину Ланы и свои руки спиртом.
— В кресле сидит?
— Ага! Улыбнулся Тао и вкрутил первую иголочку. Лана ойкнула от неожиданности. — Потерпи, потерпи, еще четыре сеанса осталось, потом перерыв целых двадцать дней! А терпение всегда-всегда вознаграждается!
— Почему «всегда»?
— Потому что, чем больше времени человек терпит, тем меньше ему осталось!
— Китайская мудрость?
— Нет. Элизабет Тейлор. Не разговаривай! Расслабься. Еще три иголочки осталось. Знаешь, у меня на днях интересный случай произошел, все забываю тебе рассказать. Короче, сижу я на работе, и у меня звонит телефон. Женский голос спрашивает: «Это регистратура?», отвечаю: «Вы ошиблись номером, это морг», а она мне: «Ой, извините, мне к вам еще рано!». Ну, а я возьми, да ляпни: «Ну, ничего мы подождем!»
— Ой, Тао и где ты только вычитываешь эти старые и несмешные анекдоты?
— Можно подумать, ты знаешь смешные? Обиделся китаец.
— Знаю, но ты их не поймешь! Кряхтя, ответила Лана.
— Ну, расскажи!
— Мне доктор велел не разговаривать! Отрезала Лана и закрыла глаза.
— Да. Верно. Полежи минут десять еще спокойно. Сказал Тао и присел на стул, рядом с кроватью. Но Лане спокойно не лежалось и она, чтобы хоть как-то отвлечься от мысли, что вся ее спина утыкана иголками, попросила китайца рассказать, что сказал Рома по телефону о состоянии сына.
— Он сказал, что Яша успокоился, но в себя так и не пришел. По-прежнему молчит, не встает с постели и отказывается от еды. Знаешь, когда я еще учился в Пекинском университете и подрабатывал в отделении для тяжелобольных, к нам поступил один пожилой русский турист после автомобильной аварии. Я за ним ухаживал три месяца и частенько разговаривал с ним, чтобы попрактиковаться в разговорном русском языке. Как-то он дал мне почитать книгу известного советского автора Ивана Ефремова «Лезвие бритвы». Так вот, там описывается случай, когда молодой врач исцелил девушку от психологического шока, подстроив ей другой шок. Короче, палку палкой выбил.
— Клин клином! Поправила его Лана. И что же ты предлагаешь подвергнуть маленького ребенка еще одному шоку?
— Нет, что ты! Я бы никогда не стал так рисковать здоровьем ребенка! Просто вспомнил почему-то.
— Тао! Я больше не могу, убирай свои пыточные иглы! Мне нужно еще до завтрака переговорить с Гарри. А ты лучше поднимись к Камилле, узнай, как она там! И Лана начала кряхтеть и ерзать.
— Ты абсолютно не умеешь терпеть неудобства, даже если оны созданы для твоего же блага. Я же тебе всегда говорю, что очень важно верить. Недовольно сказал Тао и начал вывинчивать иглы.
— О! Вера — это такая вещь, которая подразумевает такой высокий уровень самопожертвования, до которого мне никогда не дотянуться! Я для этого слишком себя люблю. Ответила Лана и потянулась за сигаретой.
— Господи, да дай же мне убрать последнюю иголочку! Запротестовал китаец. И не дожидаясь благодарности, быстро собрал все свои медицинские штучки в саквояж и вышел.
Лана тут же встала, надела футболку и с прикуренной сигаретой отправилась в кабинет Сержа. Гарри от неожиданного появления Ланы выронил карандаш и смущенно улыбаясь, уступил кресло хозяйке. Лана уселась поудобнее и посмотрела на список заключенных, сидевших, когда-либо в одной камере с Лукой. И так после отсеивания всех умерших, находящихся в местах заключения на сегодняшний день и привлеченных по «неуважаемым» статьям от четыреста одиннадцати человек, осталось всего двадцать шесть. По мнению Гарри, только к этим людям Лука мог направить своего адвоката для организации побега. Он весь этот список вынес на отдельный листочек, где рядом с каждой фамилией стояли дата рождения, годы отсидки, номера статей и клички.
— Ты — умничка! Похвалила Лана Гарри и взяла список в руки. Гарри потер переносицу и сказал:
— Жалко, что нет сведений об их настоящем проживании и роде занятий, а то могли бы и еще уменьшить.
