Через несколько минут я решила, что Хелен уже достаточно расслабилась для того, чтобы продолжить разговор, и сказала:
– Насколько мне известно, обычно миллионы фунтов не появляются ниоткуда. Их наверняка платят за какие-то сомнительные услуги. У тебя нет никаких соображений по этому поводу?
Хелен отважилась оторвать взгляд от дороги.
– Я думала об этом, – сказала она. – Может быть, они продают детей? Например, богатым парам из-за границы, из тех стран, где усыновление по личной договоренности является нормой. Люди просто платят деньги и получают взамен ребенка. У меня создалось такое впечатление, что большинство переводов осуществлялось из Соединенных Штатов.
Мне тоже приходила в голову эта мысль, но я знала о Тронале больше, чем Хелен, и потому такой вариант казался мне невозможным.
– Согласно записям, на этом острове ежегодно рождается в среднем восемь детей, – сказала я. – А сколько их нужно продавать, чтобы получать такие огромные доходы? Я уже не говорю о детях, которых усыновляют местные жители. Ведь они тоже откуда-то берутся.
– Восемь детей? Целая акушерская клиника на острове, который является частной собственностью, ради восьми младенцев в год? И ты в это веришь?
– Нет, – честно призналась я. – Мне это с самого начала показалось невероятным.
Проселочная дорога закончилась у фермы. Кроме жилого дома, здесь было несколько сельскохозяйственных построек. За фермой начинались поля и пустоши. До конечного пункта нашего назначения больше не будет ни дорог, ни человеческого жилья. В эту минуту дверь жилого дома распахнулась, и на пороге появился босой пожилой мужчина лет семидесяти. Одетый в рваную майку-сеточку и мешковатые серые спортивные штаны, он был низеньким и очень Упитанным. Я догадалась, что обычно он носит очки, которых сейчас на нем не было. Наверное, слишком торопился и не стал их искать. Мужчина хмурился и щурился, пытаясь получше разглядеть нас, что вызвало у меня вполне понятное беспокойство, поскольку кроме него на нас смотрело дуло дробовика двенадцатого калибра.
Я выросла на ферме, мои братья и отец были членами местного общества охотников, да я и сама умела неплохо обращаться с дробовиком, а потому прекрасно знала, какими могут быть последствия выстрела с близкого расстояния.
Это был напряженный момент.
Хелен вытянула вперед правую руку. На мгновение мне показалось, что это жест капитуляции.
– Полиция. Немедленно положите оружие на землю, сэр.
Она держала в руках свое удостоверение. Я осторожно засунула руку в карман жакета, нащупала идентификационную карточку, которую мне выдали в больнице, и тоже вытянула руку вперед. Я была уверена, что мистер Спортивные штаны не сможет рассмотреть деталей.
Он все еще колебался, не вполне доверяя нам, но дробовик опустил.
– Что вам здесь нужно?
– Ночной патруль, сэр, – сказала Хелен. – Я прошу вас положить оружие на землю. Немедленно, сэр. Вы наставили оружие на офицера полиции. Это очень серьезное правонарушение.
Мне пришлось закусить губу, чтобы не расхохотаться. Ночной патруль! Но на фермера это произвело должное впечатление. Его колени дрогнули, дробовик выскользнул из рук и упал на землю. С трудом выпрямившись, он пробормотал:
– Может, мне следует позвонить в участок?
– Обязательно, сэр, – ответила Хелен. – Но так как вам придется приехать туда и дать показания, возможно, вы решите отложить это до утра. И обязательно захватите с собой разрешение на дробовик. Нужно будет сверить серийный номер.
Я обожала эту женщину! Хотя разрешение на дробовик получить довольно легко, общеизвестно, что большинство фермеров не утруждают себя хождением по инстанциям.
– Нам пора ехать дальше, сэр. Извините, что побеспокоили вас. Пожалуйста, передайте мои извинения вашей семье. Сержант, откройте ворота.
Я проехала вперед, соскочила с седла и открыла ворота фермы, за которыми начиналась долина. Хелен проехала мимо, даже не взглянув на меня. Закрыв ворота, я снова оседлала Чарльза и пустила его рысью, чтобы догнать Хелен. Мы молча ехали шагом в полной тишине, пока не удалились на достаточно приличное расстояние и не оказались вне пределов слышимости. Оглянувшись, я увидела, что мистер Спортивные штаны зашел в дом и закрыл дверь, но в одном окне второго этажа горел свет. Я смотрела на него, пока свет не погас.
– Ты что, не могла сделать меня инспектором? – спросила я.
Хелен посмотрела на меня и попыталась выдавить улыбку.
– Ночной патруль, – сказала она. – Господи, Дане бы это понравилось!