Жертвуя пешкой полностью

– Некоторым везёт больше, чем остальным, – ответил другой голос. – Я бы тоже не прочь путешествовать с комфортом.

– Идиоты, он стережёт наши припасы, – тихо сказал третий.

Потом все замолчали, но Алан поднялся. Он решил выйти из машины, намереваясь выяснить, кто что сказал, и посмотреть каждому из них в глаза.

– Тебе нравится путешествие, юноша? – возле дверей гравимобиля возник Пустота.

– Не очень. Это не то, чего я ждал. Чувствую себя птичкой в клетке, – ответил Алан.

– Все мы – птички в клетках, Алан. Разница лишь в том, что свою клетку я могу видеть.

– Вот именно. – Алан попытался выбраться из машины, но Пустота положил руки на дверцу, оставляя её плотно закрытой.

– Поскольку ты сейчас здесь, думаю, я могу поделиться частью своей безграничной мудрости, – сказал он. – Если ты никуда не торопишься.

Алан закатил глаза. Пустота залез в машину и уселся рядом с ним, настолько близко, что Алан почувствовал дискомфорт.

– Замечательно. С чего бы начать. Полагаю, теологическая дискуссия на тему философии убеждений тебя утомит… Поступим иначе, ты задашь мне вопросы, которые у тебя на уме, а я в свою очередь задам тебе свои. Посмотрим, совпадут ли ответы.

– Хорошо, – ответил Алан. – Каким богам вы служите?

– Я молюсь всем и каждому, кто готов выслушать, и верю в то, во что, я надеюсь, верит любой человек: в чудо. Теперь моя очередь спрашивать. Как зовут твой новый ИскИн?

Алан помедлил. «Лямбда?»

«Этот парень, похоже, крут. Я не против того, чтобы он узнал моё имя. К тому же имя можно сменить», – сказал Лямбда.

«Да, если Пустота задумал что-то плохое, он бы уже как-нибудь себя проявил. И потом, ты можешь спросить о его связях с Вернувшимися», – добавила Ева.

– Лямбда, – произнёс Алан вслух и задал следующий вопрос: – Вы принадлежите к Вернувшимся?

– Мы лишь отзвуки прошлого, призраки мёртвой истории, которая никогда не случится, – ответил Пустота. – Кто коснулся твоего сознания?

– Что-что?

– Назови каждую известную тебе сущность, которая побывала в твоей голове или могла там побывать. На самом деле это очень простой вопрос.

«Возможно, пора прекратить», – проговорила Ева.

«Не-а, это становится интересным. Этот Пустота сообразительный парень», – не согласился Лямбда.

– Нет, я имел в виду… Неважно. Не обращайте внимания, – сказал Алан, собираясь с мыслями. – Администраторы, кто-то из гильдии во время проверки, Фантом и Цербер.

– А ещё твои ИскИны. И какой-нибудь медиум, которого ты мог повстречать. Собственно говоря, среди наших целителей есть такой. Вернее, такая. Она может не только управлять воспоминаниями, но зачастую способна избавить от посторонних мыслей. Слишком явные эманации вроде переклички между тобой и твоими ИскИнами могут быть легко обнаружены кем-то, кто внимательно слушает.

– Вы слышите мои мысли?

– Только отголоски, – ответил Пустота. – Я слышу маленькую певчую птичку, прячущуюся под ворохом перьев, пытаясь свить гнёздышко, и ворона, мечтающего о свободе. Но другие способны услышать больше, если хочешь знать. А теперь перейдём к серьёзным вопросам.

Пустота наклонился вперёд, заглянув Алану в глаза.

– Кто из них тебе милее?

– Э-э…

Ладонь Пустоты резко соприкоснулась со щекой Алана. Почувствовав боль, Алан хотел было приложить руку к щеке, но вспомнил, что у него на голове шлем от силового доспеха. Как он это сделал?..

– Неправильно! – прокричал Пустота. – Это вопрос ощущений, не разума. Мой первый урок для тебя и твоих ИИ – научитесь чувствовать не раздумывая.

На этих словах Пустота вышел из машины.

«Странно всё это», – подумал Алан.

«По-моему, я начала понимать, на что способен Пустота», – сказала Ева.

«Или он хочет, чтобы ты так думала», – заметил Лямбда. «У меня есть ощущение, что Пустота вне нашего понимания, во всяком случае на этом этапе игры».

Алан спросил: «У вас, ребята, есть какие-нибудь мысли, чего на самом деле хочет от нас Пустота?»

«Понятия не имею», – буркнул Лямбда.

«Это бессмыслица какая-то», – сказала Ева. «Предлагаю найти другого наставника по завершении экспедиции».

«А каких ещё медиумов, кроме Афродиты, мы встречали?»