Цитированное выше коммюнике в течение 27 лет оставалось единственным в СССР и за его пределами источником информации о судьбе Власова. В начале 1973 года в советском юридическом журнале "Советское государство и право" впервые появился отчет о суде над Власовым – возможно, вследствие того, что именно в это время КГБ обнаружил существование "Архипелага ГУЛага" А. Солженицына, в котором сочувственно говорится о судьбе Власова и его последователей. Главная цель статьи, написанной в очень резком тоне, была убедить читателя, что Власов несомненно был предателем и врагом советского народа *690. Она начинается с утверждения, что Власов отказался от реальной возможности спасти свою 2-ю ударную армию на Волховском фронте в июне 1942 года и умышленно выбрал плен. Здесь не место подробно опровергать это обвинение, но во всех авторитетных источниках неизменно говорится об отважном и упорном сопротивлении Власова. Он попал в окружение вследствие ошибок Сталина при планировании наступления под Харьковом и при создавшихся обстоятельствах не мог спасти свою армию *691.
Основная часть статьи состоит из ожесточенных нападок на РОА и её руководителей, которыми, как утверждает автор, двигали исключительно самые низкие мотивы. Он, впрочем, признает:
На следствии и в ходе судебного процесса Власов упорно отрицал и всячески уходил от ответственности за организацию шпионажа, диверсий и террористических актов в тылу советской армии, а также отрицал свое непосредственное участие в расправе над антифашистами в лагерях военнопленных и в частях "РОА". Тут его приходилось изобличать показаниями других обвиняемых, свидетелей, очными ставками и вещественными доказательствами.
Эти сведения о судебных заседаниях представляют несомненный интерес. В другом месте мы читаем:
Заявляя... о своих переговорах с Крёгером и Радецким, Власов вставал в позу "крупного политического деятеля": да, я, дескать, вел вооруженную борьбу с советской властью и призывал к повстанческой деятельности в тылу советской армии. Я хотел использовать помощь СС и СД для подготовки организаторов вооруженной борьбы с Советами на территории СССР, но подготовкой шпионов и диверсантов для гитлеровцев я не занимался.
Не знаю, – говорил Власов, – может быть, мои подчиненные и делали что-нибудь в этом направлении, но без моего ведома *692.
Наконец, удалив явно появившиеся при "редактуре" резкие инвективы в адрес членов КОНР, мы получим, быть может, подлинный отрывок из заключительного слова Власова:
Я успел сформировать... армию для борьбы с советским государством. Я сражался с Красной армией. Безусловно, я вел самую активную борьбу с советской властью и несу за это полную ответственность.
С последней фразой согласится, пожалуй, всякий русский – каковы бы ни были его убеждения. Со времени окончания гражданской войны и до сегодняшнего дня Андрей Власов – единственный русский, который вел открытую политическую и военную борьбу на русской земле против советского режима. Оценка роли РОА грядущими поколениями будет зависеть от судьбы самой России.
