Кричать через весь зал: «Девушка!» – Тимофей считал неприличным, так его научил отец, в свое время завсегдатай всех хороших московских ресторанов.
Мила, кстати, всегда фыркала недовольно, когда он называл очередную обслуживающую их официантку по имени, но на ее шипение и недовольное выражение лица Тимофей старался не обращать внимания – у всех свои причуды, вот и Милка, «понаехавшая» в столицу, всячески пыталась поставить себя выше людей, обслуживающих ее.
Наташа принесла горячий кофе и стакан воды, улыбнулась:
– Что-нибудь еще?
– Нет, спасибо, все было замечательно.
Тимофей откинулся на спинку стула и принялся перелистывать местные новостные сайты.
Броский заголовок мгновенно сбил с него всю вальяжность и расслабленность, Колесников почувствовал, как внутри все закипает.
«”Я никого не убивал”. Репортаж из тюрьмы для приговоренных к пожизненному заключению».
И разумеется, под заголовком мелким шрифтом имя и фамилия: «Василиса Стожникова».
<p>Город Вольск, год назад</p>Лицо главреда Родиона Криницына было красным и выражало крайнюю степень неудовольствия. Он уставился на вошедшую в кабинет Васёну так, словно видел ее впервые и зрелище ему совершенно не нравилось.
– Вызывали, Родион Алексеевич? – поежившись, спросила она, держа на всякий случай дверь приоткрытой, чтобы успеть выскочить в коридор: бывали случаи, когда главред, взбешенный до крайней степени, бросал в провинившегося что-то со стола. Правда, бывало это редко.
– Дверь закрой, – мрачно потребовал главред. – И сюда иди, присаживайся.
Васёна изрядно струхнула: таким тоном главред разговаривал с ней впервые, и она не понимала, как себя вести и что может за этим последовать.
Она закрыла дверь и осторожно прошла к столу, выдвинула стул и села боком на самый край.
– Ну и? – произнес Родион, глядя на нее в упор.
Васёна поправила очки и переспросила:
– Что – «ну и»?
– Когда ты собиралась меня в известность поставить?
– О чем?
– Что тебе кто-то серию статей о маньяках заказал.
«Вот поганец Карамышев, я же не так сказала…» – пронеслось в голове, и Васёна торопливо зачастила:
– Родион Алексеевич, да не так все было… Никто не заказывал, я сама решила… ну, люди ведь…
– Люди любят жареное, ты права! – перебил Родион и даже по столу ладонью хлопнул легонько. – Но ты-то должна со мной посоветоваться, прежде чем другим изданиям материалы предлагать! Не делается так, Василиса! Вот отец твой так никогда бы не поступил!
– Да я вам клянусь: никаких договоренностей ни с кем!
– Тогда почему представитель пресс-службы УВД мне звонит и интересуется, чего это я кадрами разбрасываюсь?
Васёна захлопала ресницами:
– Какими кадрами? Вообще не понимаю, с чего они это взяли…
– Слушай, Васька, кончай темнить. Мне там прямо намекнули: делай, мол, что хочешь, но Стожникова никуда уходить не должна, ее в Управлении ценят, материалы подает хорошо, вопросов нет.
