В доме, где живут подруги-детективы Кира и Леся, назревает скандал. Виновница неприятностей, как всегда, – Лесина мама, в очередной раз пожелавшая выдать замуж свою строптивую дочь и заодно и ее подругу Киру. Девушки отчаянно сопротивляются этим попыткам, и тогда тетя Света подбрасывает им криминальную загадку: требуется срочно выяснить, убила ли на самом деле своего мужа Лесина тетка Луиза? Стремясь как-то пригасить матримониальный пыл матушки, подруги начинают расследование обстоятельств смерти дяди Саши. И тут судьба подкидывает им очередную детективную головоломку: убивают и тетку Луизу, исчезают ее фамильные драгоценности. Дело усложняется… Но подруги отступать не намерены – ведь, если они не займутся поисками преступника, Лесина мама выдаст их замуж за первых встречных подозреваемых…
Осень в этом году была необычайно мягкой и теплой. Непривычно ярко светило солнце. И днем казалось, что лето еще никуда и не ушло. И хотя листья деревьев и трава уже потеряли свою летнюю сочность, но до настоящей осенней непогоды было еще очень далеко.
В один из таких очаровательных осенних деньков, когда погода казалась просто созданной для того, чтобы наслаждаться ею, две подруги – Кира и Леся – принимали у себя почетную гостью. К ним пожаловала мама Леси – тетя Света, которая редко баловала свою дочь визитами, наверное, поэтому и старалась вложить в каждый из них максимум родительской критики и поучений.
– Кого люблю, того и уму-разуму учу. А вас, девочки, я люблю больше всех на свете. Ты, Кира, мне как родная дочь. Честно!
Кира улыбалась в ответ, искренне надеясь, что ее улыбка не выглядит, как звериный оскал. Тетю Свету она тоже любила, но так… как бы это получше объяснить… на расстоянии. Любить тетю Свету, когда между ней и вами километров сто, а лучше – так и вся тысяча, было легко. Лесину маму всегда отличала похвальная экономность. И звонки по межгороду она считала непозволительной роскошью. И это здорово спасало подруг от настойчивой любви и требовательной заботы Лесиной мамы.
Конечно, кто-то скажет, что сейчас не каменный век, есть скайп, удобная штука. Можно дозвониться до любимых хоть с другой стороны земного шара. Но хотя город Турку, где жила Лесина мама, был гораздо ближе, подруги вот уже третий год с успехом делали вид, что скайп у них отчаянно барахлит. Иной раз им для этого даже не надо было особо стараться. Этот вид связи, особенно в выходные дни и праздники, действительно оставляет желать лучшего. То картинка зависнет, то посторонние шумы появятся, то вовсе звук пропадет. Ну а если все шло слишком гладко, то подруги и сами были не лыком шиты.
– Мама, мы тебя не видим! – ужасалась Леся.
– Картинка пропала! – вторила ей Кира.
И уже совсем дружно и весело подруги заканчивали разговор с дорогой общей мамулей:
– Алло, алло! Нет, поговорить решительно невозможно. Совсем ничего не слышно!
Итак, жила Лесина мама в близкой и одновременно такой далекой Финляндии вместе со своим финским мужем, которого очаровала несколько лет назад не только своей русской красотой и длинной светлой косой, но и удивительной для русской женщины экономностью. У тети Светы в хозяйстве никогда не пропадал ни один кусочек. Фразу «А остатки после ужина я просто выкинула!» она воспринимала как личное оскорбление.
Из поджаренных кусочков черного хлеба готовился домашний квас. Из белого мякиша делались панировочные сухарики или готовилась шарлотка. Причем в шарлотку шли яблоки, которые опять же кто-то другой бы и выкинул. Но для тети Светы была непереносима даже сама мысль, чтобы выкинуть что-то еще годное из дома. А вдруг этим чем-то воспользуется кто-то другой?
– Из этого пододеяльника еще вполне можно сделать простынку, – задумчиво поговаривала она и садилась за швейную машинку, ни в коем случае не электрическую, ведь это же дополнительный расход, и действительно сооружала либо две вполне приличных наволочки, либо целую кучу полотенец. А бывало, что даже и летний халатик, если расцветка материала позволяла.
И даже из вчерашней холодной гречневой каши получались прекрасные котлетки, почти неотличимые от говяжьих. Из старого стула мастерилось новенькое креслице, куда на обивку шел все тот же пододеяльник или остатки детского коврика, а вместо мягкой прокладки под седалище шла всякая ветошь, для которой даже фантазия Лесиной мамы не могла найти лучшего применения.
В общем, с появлением в доме хозяйственной супруги бюджет финского мужчины стал разбухать на глазах. Теперь все его хозяйственные расходы сократились почти вдвое. И если даже иной раз супруги и ссорились между собой, то о разводе никто из них и не помышлял.
Ездить в Россию Лесина мама не любила. Предпочитала, чтобы дочь вместе с подругой приезжали к ним. Так что прибыть в родное отечество тетю Свету могли заставить лишь чрезвычайные обстоятельства. И теперь обе подруги с нетерпением ждали, когда их дорогая гостья наконец изложит суть дела, по которому она явилась к ним.
Но тетя Света поедала один кусок свиного шашлыка за другим, не забывая обучать своих девочек премудростям экономии:
– Кетчуп лучше делать свой. Это и полезнее, и дешевле. У тебя, Леся, я вижу, много помидоров на ветках еще есть. Так ты кусты не уничтожай. А когда наступят холода, выкопай сами кусты и в дом от морозов их перенеси.
– И что?
– Не понимаешь? Дальше подвесь их где-нибудь в погребе или в другом прохладном месте, но обязательно – корнями вверх, а плоды с веток не обрывай. Они у тебя в таком виде до Нового года отлично провисят. Сок со стебля к плодам стекать будет. Каждую неделю станешь ходить в подвал, как к себе в огород, за свежими помидорчиками.
