Богатому человеку волноваться такими вопросами не следует, богатому надо шампанское на яхте пить и трахаться с блядями до последнего вздоха, ему не надо думать о хлебе насущном. Максимально проблем в востребованности для богача может оказаться заинтересованность государством в его миллионах, но эта тема малоактуальна моим читателям, им бы на булку с маслом заработать. И вот, возникает идея, что если заинтересовать собой работодателя, то можно и работу на всю жизни поиметь, и прокормиться с неё. Вот, кстати, вам формула жизни. Без затей. Дома-работа-дом, повторить восем тысяч раз в течении сорока лет, потом пенсия. Конечно, есть поцтреоты, которые не успевают задуматься о том, кем они могут быть востребованы, их раньше начала этого мыслительного процесса востребует армия, оплот сапога и державности. Значит наш человек прямиком топает в ВУЗ, дабы отжечь эти последние 5 лет жизни, выпить всё бухло, просрать остатки светлого разума перед погружением в пучины дерьмовых рашкинских бизнесков, с их воровством, жоплизством и минимумом здравого смысла. 5 лет пролетают как дух ридигера за секунду перед аварией, и наш выпускник, с уже порядочным цирозом, опухшей мордой и первым костюмом шагает во взрослую жизнь. Ну здравствуй, салага, щаз мы тебя научим!
Здесь начинается самое интересное. Худо бедно процесс учёбы можно обосновать разумом. В жизни человека вообще всё разумное истощается по экспоненте, за первые три года человек учится большему, чем за всю последующую жизнь. Где то к 23–25 годам у человека как раз сочетается умение делать хотя бы что то, с ясным разумом юной дерзости. Уже есть общее понимание мира и жаление его переделать. Я всегда утверждал, что мир переделают не гавёные менеджеры корпораций или менеджеры государства, а только молодые. Только они видят, как не надо, и могут это поломать и сделать пусть и криво, но заново, им не ссыкотно. А кондовое мурло того же студента, но спустя сраных 10 лет, это уже винтик механизма, парашный заскорузлый чиновник, импотент действия, одной жирной лапкой цепляющийся за кресло, а другой за гитарку «перемееен, мы ждём перемееен». На двух стульях не усидишь, и ещё через 10 лет гитарка окончательно послана нахуй и раздавлена тяжёлым джипом уже полностью огавеневшего расжиревшего фрагмента стабильной системы под названием корпорация, что госструктура что коммерческий монстр. А куда денешься, надо соответствовать, против систем не попрёшь. Так что после вуза наш студент попадает в кафкианский замок, позор тем, кто не смотрел гениальный фильм Балабанова. А главная мысль замка какая? Школьный сторож нам нужен также, как и землемер. Т. е. нахуй ненужен.
В постиндустриальном обществе выпускник полюбому сталкивается с системой, и тут уж или он ей соответствует и встраивается, или идёт в сад отдыхать. Сад не подходит, мы договорились про миллионеров не писать. Найдутся оппоненты понудеть, что не всё система, есть честные коммерческие предприятия, которым нужны молодые и талантливые, которые будут двигать новое. Честно говоря, я не там родился наверное, но всё это могло быть в момент заваливания сапога на бок, и я это счастливое время захватил. Действительно, маленькое оправдание ельцину и бонус на том свете в виде чуть прохладного масла именно за ту анархию, во время которой в россии вдруг действительно пробился креатив, возникло много движухи и люди, молодые, действительно были востребованы, особенно на ниве новых технологий. Но алё, время прошло, пришёл дядя из гб и заботливо поднял сапог, теперь самое время его лизать. Время прошло, дорогие мои, получите совок номер два. Ах у вас развивающийся незваисимый бизнес? Ну тогда мы идём к вам! С сапогом, золчёной иконой, с банкой духовности и с протянутой рукой. Не отдадите бизнес? Аяяй, в протянутой руке появляется палка резиновая «аргумент», специально для креативщиков. И всем палкой по сусалу, а для типа бизнеса оставим веп дизайнеров, всёравно они вместе за год зарабатывают как за сто миллисекунд работы трубы, сидят себе в подвалах в шарфиках и с эпплами и креативят. А всех остальных креаторов мы палкой, по яйцам, что бы было всё государственное, всё наше, родное сапожное. А это система, товарищи, а в рашке это кафка в кубе.
