Искатель собирался на кустарном плоту переплыть Большую реку, обалдеть! Уселся и поплыл. Течение у берега, как казалось, довольно сложное, и он сразу впилился в какую-то полузатонувшую корягу. Испугавшись, пацан резко передумал плыть дальше на разваливающемся плавсредстве, прыгнул в воду и вплавь рванул к родному берегу.
В общем, ему несказанно повезло. Просто удивительно, что он выжил.
— А что с оружием?
— Был только малый арбалет, и тот утопил, — ответила за парнишку Кретова, и в полном непонимании такой глупости развела руками.
— Юра, ты тупой? — тихо спросил я.
— Я больше не буду…
Ну да, ну да. Как не поверить.
— Это всё карта? — неожиданно спросил я. Громко и резко, — В глаза смотри! Карта, так?
Юрик от испуга икнул и два раза кивнул головой.
— Что ещё за карта? — нахмурилась Ирина.
— Не сейчас, Ирина, потом расскажу, там целая история.
— Ничего не понимаю. Карта какая-то… Хорошо, продолжаем.
Он начал рассказывать.
Разговоры про скандальную карту-соблазнительницу он услышал в Переделкино, куда, как отличник, не раз ездил на каникулы выходного дня в порядке поощрения от школы.
Через поиск дешёвого пива Юрий познакомился с такими же искателями приключений, это у них быстро происходит… Проявил интерес. Городские быстро распознали ещё одного из тех, кто рискованно шагает к зрелости с безуминкой в жопе. Рассказали о таинственном чертеже-обрывке в оригинале и показали нарисованную со слов разносчиков слухов копию.
— Ребята из Передела говорили, что идти к реке нужно от города, по прямой, как нарисовано на карте, а я подумал, что названия-то нигде не упоминаются, есть только домики. Почему они решили, что это Передел? Вот и решил пойти от Пятисотки…
В сообразительности и умении мыслить самостоятельно ему не откажешь. На одну ступень ошибся, потому что не видел полной карты. Надо бы присмотреться к парню, нам такая юная смена может пригодиться.
— Ну, морячок, теперь давай о мечтаниях! — подбодрила его Кретова. — Ты не молчи, не молчи, что вы там собрались искать? Что ты увидел, ну? Повтори, что ты мне сказал.
— Чё, еще раз? Я же уже рассказывал вам! Не понятно было?
Ирина стерпела.
Так и проявляется вечная двойственность тинейджеров: только что мычал, как первоклашка, и тут же в бычку, каждое слово с вызовом обществу. Нормально, все мы такими были, конечно… Но в этот момент я понял, что больше не буду расспрашивать Кретову о происхождении синяка. Ещё немного, и у меня появится своя версия генезиса гематом у подростков.
— А теперь расскажи дяде Денису, это очень важно, — попросила Ирина тоном терпеливой детсадовской воспитательницы, вырастившей не одну сотню не только келдышей и хворостовских, но и обидно затесавшихся чикатил.
— Я на другом берегу какую-то шнягу увидел.
— Начал хорошо, — похвалил я. — Что за шняга, на каком фоне?
— В смысле?
— На фоне леса, города, горного хребта? Не тупи, давай уже! — я даже чуть приподнялся от нетерпения.
— На фоне… Над обрывчиком, он там метров десять, как мне показалось, — начал разгоняться юный первооткрыватель. — Река большущая, берег очень далеко. Что разглядел, о том и говорю.
— Это была машина, зверь, человек?
— Ага. Машина какая-то, — уверенно ответил мне Юрий.
— А почему не крупный зверь? Бизон, например, лось или вообще какое-то новое для нас животное?
— Так бизон же в одиночку не ходит! У лосей рога, — он руками показал, какие у лосей рога, — у слона хобот, а у мамонта бивни завитком. Не было ничего этого, у меня зрение хорошее. Машина это была, она и вела себя как машина.
— Это как? — уточнил я.
— Проехала… — он зашевелил губами, вспоминая уроки географии, — …ну да, выше по течению, конечно, и остановилась. И сразу р-раз назад! Метров на двести. И опять к месту остановки! Три раза туда-сюда моталась, нафига это зверю надо?
— Логично, — согласился я. — А на гравилет это похоже?
— Не-а, гравик плоский, как пачка сиг, да и маленький он, высоты нет вообще.
— Представь, что под гравилётом подвешен какой-нибудь объемный груз, — предложила Кретова.
— Тёть Ир, ну вы что? Это только конченый дебил придумать может — груз о ветки и кочки бить!
Мы переглянулись. Губы Ирины дрогнули, бесшумно приказав: «Ни слова сейчас».
— М-да…. А сам ты к чему склоняешься? — запросил я авторское резюме.
— Говорю же, машина, сколько можно повторять! Пятно тёмное, плотное такое, типа прямоугольник. Как фургон с кабиной без капота, или бронетранспортер.
— А если танк?
— Башни не было. Даже если я пушку не разглядел.
В принципе, хронология провала его личной экспедиции понятна, осталось уточнить малое:
— И что сделал после обнаружения этого, назовём его так, транспорта?
— Испугался до усрачки! — невесело хмыкнул Юрик. — Думал, заметили меня или нет? Почему они взад-вперёд напротив метались? А если спалился? Свидетель лишний, как в кино! Очередью саданут черед реку или переберутся на наш берег и гнать будут, как зайца.
— Какая очередь, чего ты несёшь, Юрий, там река с километр, судя по всему, — заметила Кретова. — Не попали бы.
— А я знаю?! — окрысился Юрик. — Вас там не было, посмотрел бы я…
