— Не факт, что она позволит общаться тебе. Но я-то тут при чём? Лично я ей ничего плохого не делал. Алиса — девка разумная, не станет она меня как родного деда в правах ограничивать. А насчёт того, что надо точно узнать, тут согласен. Есть у меня один человечек в запасе, любой тест организует. Только если согласия матери на анализ не предоставим, он бумагу не даст, но нам ведь документ и без надобности.
Пока отец копался в записной книжке, пока звонил и договаривался с врачом, посмотрел в интернете, как долго по времени проводится ДНК тест. Раньше бы наверняка решил, что двадцать четыре часа — это полная ерунда, сейчас же чувствую, целые сутки ожидания покажутся вечностью. И двадцать четыре часа это ещё при условии, что лаборатория сегодня же получит биологический материал.
— В общем, так, — хлопнул по столешнице ладонью отец, когда сбросил вызов, — нужна либо кровь Вадика, либо слюна, либо волос. Кровопускание исключается, в рот тоже проблематично залезть. Я отвлекаю Алису, надеюсь, она ещё не уехала, ты у мальчонки волос срезаешь. И смотри мне, не накосячь, чтобы ни мать, ни он сам ничего не заметили.
Ещё пока был занят делами, то есть добывал волос, отвозил его в лабораторию, возвращался домой, было более-менее терпимо, но когда пришло время монотонного ожидания, началась настоящая пытка. Я не мог есть, не мог ни с кем разговаривать, не мог стоять, сидеть, лежать, смотреть телевизор, естественно, отвлечься на рабочие моменты тоже не мог. Я просто положил перед собой мобильный и хоть отлично осознавал, что для звонка с результатом слишком рано, сидел и взглядом гипнотизировал телефон.
Ночь обещала забвение, но я не уснул ни на секунду, ворочался, смотрел в потолок, колотил затылком по изголовью. В конце концов, сел на кровать и, как пациент психбольницы, качаясь вперёд и назад, встретил рассвет.
Первая половина следующего дня тянулась так же в мучениях вплоть до того, как на экране мобильного не высветился номер врача. Думал, когда телефон зазвонит, я его схвачу и тут же отвечу, но нет. Руки, впрочем, как и всё тело, окаменели и отказывались шевелиться, потому как я боялся услышать, что Вадик не мой сын.
Доктор дал девяносто девять и девять десятых процента, что коллекцию моделек я подарил ни кому-то, а родному ребёнку. Как и чем закончился с врачом разговор, не помню, потому как зарыдал. От счастья, что случилось то, на что уже не смел даже надеяться. От обиды на самого себя за то, что упустил пять первых и самых важных лет жизни собственного ребёнка. От злости, что когда Алиса мне позвонила, наверняка, чтобы рассказать о беременности, велел секретарю ей передать, чтобы номер забыла и больше никогда не звонила.
Алиса
Странные эти Берманы, если не сказать больше. После того дня, как Вадик толкнул Артёма, ведут себя как-то чудно. Виктор Валерьянович всё с объятиями ко мне пристаёт, в щёку целует и постоянно благодарит. Если раньше всё ворчал, что его дом чуть ли до основания не разломала, то теперь я волшебница-кудесница, что наконец-то наведёт в его жилище порядок. Даже дополнительное соглашение к договору со мной подписал, которое увеличивало объём заказанных им работ примерно на треть.
Да и старший сын Виктора Валерьяновича не отставал от него, тоже резко поменял поведение. Кирилл, конечно, не начал меня избегать, но и преследовать перестал. А когда мы случайно всё-таки пересекались, он суетился, нервничал и старался в глаза мне не смотреть. В общем, складывалось впечатление, что его шкурку надел какой-то другой человек.
Пиком всего загадочного, что за последнее время творилось у Берманов, стала очередная суббота. Сначала Виктор Валерьянович мне мозг выносил, почему не взяла с собой Вадика, а с соседкой оставила. После Кирилл спрашивал о сыне, а ещё чуть погодя они оба ко мне подошли и начали предлагать отправить кого-нибудь за Вадимом, чтобы его сюда привезти.
— Алиса, ну ты меня тоже пойми, — терзал мои уши Виктор Валерьянович своим красноречием. — Ты ведь Вадика из-за прошлого инцидента с Артёмкой с собой не взяла. Теперь я чувствую за собой вину за то, что как следует не объяснил, что твой сын поступил правильно, и ему, как и раньше, рады в моём доме. Всё, не кочевряжься. Звони там кому надо, предупреди, что Кирилл скоро Вадика заберёт.
Да сколько же можно — это уже не смешно, я замучалась повторять «нет», а Берман-старший с Кириллом всё наседают и наседают.
— Виктор Валерьянович, отлично вас поняла, Вадика ждут в вашем доме. Но сегодня в любом случае не получится его сюда привезти, потому как всего на час к вам заскочила, а после мы с сыном в парк собирались. Возьмём одеяло, каких-нибудь фруктов, бутербродов и чай в термосе, устроим пикник.
— Зачем тебе загазованный парк? Где ты там одеяло постелешь? На траву, угаженную собаками? Алиса, лучше с сыном ко мне приезжайте. Смотри сколько плюсов. Воздух чистый, есть зона, оборудованная для пикника, никаких тебе посторонних подозрительных по близости личностей. Так что не беси меня….
