Хит почувствовала смущение Николадзе и угадала его причину, но, зная, что объектом шпионажа мог быть и не хозяин, а именно его знакомый, она продолжала копать дальше:
— Он тоже занимался собаководством?
Ваха опустил взгляд и пробормотал:
— Нет, он был помощником парикмахера, — и затем, будто решив сдаться, заговорил: — У нас оказалось много общего. Мы сразу подружились, и я пригласил его домой, чтобы он смог больше узнать о разведении и дрессировке собак. Я также организовал для него занятия на пианино, но он отнесся к ним недостаточно серьезно.
— Пианино — инструмент не для всех, — заметил Рук.
— Для меня это очень важное увлечение.
Никки вытащила блокнот.
— Могу я узнать имя этого протеже?
Ваха со вздохом произнес:
— Уже не помню, когда я в последний раз испытывал такую боль, копаясь в воспоминаниях.
Никки подумала: «Дружище, перед тобой человек, которому не нужно это объяснять». И сняла колпачок с ручки, как бы подстегивая его.
— Его зовут Мамука. Мамука Леонидзе, — понимая, что иностранное имя нелегко записать правильно, он продиктовал его по буквам.
— Вам известно, где сейчас находится Мамука? — спросила Хит.
— Десять лет назад он уехал в Канаду, хотел поступить акробатом в Цирк дю Солей. Больше я о нем не слышал, — и он добавил: — Если найдете его, сообщите мне, пожалуйста. Мне интересно, где он.
Ваха проводил их до машины, и Хит завела разговор о его бегстве в Америку.
— Вы поддерживаете какие-нибудь контакты с представителями иностранных государств?
— Разумеется, постоянно. Институт Споукса — это международный аналитический центр.
— Я имею в виду, кроме рабочих. Вы никак не связаны с правительством?
— Связываюсь только тогда, когда сообщаю свой адрес в качестве иностранного гражданина, законно проживающего на территории страны.
Они с Руком не договаривались заранее, но он догадался о направлении ее мысли и подхватил:
— А как насчет шпионов? Тайной полиции?
— С тех пор как я покинул Грузию, ничего такого не было. — Затем Ваха подумал и сказал: — Хотя постойте, ко мне действительно приходили вскоре после того, как я сюда приехал, но к середине девяностых, после отставки Шеварднадзе, меня оставили в покое.
— Кто? — спросила Никки.
— Вам нужны имена? Точь-в-точь как в Тбилиси, только действие происходит не в подвале.
Рук вмешался:
— Я могу вам подсказать. Вам знаком некий Анатолий Киже?
— Вы имеете в виду Пожирателя Душ? Тогда его все знали. Но с тех пор как я уехал из СССР, я не слышал о нем.
— Еще одно имя, — произнесла Хит. — Тайлер Уинн.
— Нет, к сожалению, впервые слышу.
Издалека донесся низкий рев двигателя — это пассажирский поезд «Адирондак» проезжал в пятистах метрах от них вдоль берега Гудзона, по направлению к Олбани. Хит села за руль и попросила Ваху связаться с ней, если кто-нибудь начнет расспрашивать его об этом деле. Кивнув, он ответил что-то, но она не расслышала, потому что как раз в этот момент загудел поезд, и лай испуганных собак заглушил слова Николадзе. Глядя на беззвучное движение его губ, она подумала, что такими же бесполезными являются ее действия и ее вопросы.
Когда они выехали на дорогу, Рук, в свою очередь, выплеснул накопившееся раздражение:
— Похоже, список нашего сексуального детектива оказался такой же пустышкой, как и он сам. Запах жареного мяса без мяса. Или, скорее, загар без солнца. Ты заметила у него на лице круги от солнцезащитных очков?
— Брось, Рук, Джо Флинн не виноват в том, что у нас пока ничего не получается.
— Кажется, ты сказала «пока»? — и, заметив упрямое выражение ее лица, пробормотал: — Понял.
Она нажала на газ и постаралась применить на практике заповеди, которые повторяла своим детективам. Нельзя бросать дело, если поиски не дали результатов. Нужно возвратиться назад. Копать глубже. Работать усерднее. Обдумав поведение и ответы встреченных сегодня людей, Хит пришла к выводу, что с кем-то из них ей вскоре придется повидаться еще раз.
Когда Никки с Руком вошли в вестибюль участка, ее телефон зажужжал — пришло сообщение.
— Наконец-то, — воскликнула она. — Это от Картера Деймона.
— И что он пишет?
— Ничего. Ну, не совсем уж ничего. Здесь только часть. Наверное, сеть пропала, или по ошибке нажал на кнопку «отправить». — Она показала ему телефон. Сообщение содержало только одно слово: «Я».
— Гм… «Я». Дай-ка догадаюсь… «Я морж»?[139]«Я козел, потому что не перезвонил вам»? — Дежурный сержант щелкнул замком, и Рук придержал для Никки дверь в охраняемые помещения участка.
Хит вошла в отдел убийств, на ходу набирая сообщение Деймону с просьбой позвонить, и детектив Таррелл сразу же перехватил ее.
— У меня есть для тебя кое-что, и я хочу показать тебе это кое-что, пока не вернулся Железный человек со своей девой. — Хит взглянула ему через плечо и увидела на экране компьютера финансовый документ. Вспомнив о ее недавнем бегстве из участка, Таррелл спросил: — Ты как, в состоянии?
Рук подошел поближе. Никки взяла себя в руки и спросила:
— Что там у тебя?
