Хит сложила желтую газетенку пополам и ударила свертком по сиденью. Рук редко слышал от нее бранные слова, но сейчас настало самое время для крепких выражений.
— Дерьмо собачье, — процедила она. Затем заскрежетала зубами и сжала губы так, что они побелели.
Рук не смог удержаться:
— Ну, по крайней мере, здесь все правда.
— Ничего подобного, — отрезала она.
Затем в голову Никки пришла новая мысль, и она пристально взглянула ему в глаза. Рук знал, о чем она думает. Такая ситуация возникала уже не в первый раз, и причиной ее служила та же самая журналистка.
— Нет, я ничего не рассказывал Там Швайда. — Однако Никки не отводила взгляда, и он почувствовал, как по коже бегут мурашки, — точно так же матерые преступники терялись во время допроса, сидя напротив Никки. — Во-первых, у меня не было на это времени.
— А как же твой ночной выход в Интернет?
— Ха! — Он взял у нее газету и взглянул на дату на первой странице. — Для этого выпуска было уже поздновато. — Он протянул ей «Ledger». — К тому же зачем мне это?
Он заставил Никки призадуматься, но не убедил.
— В свое время вы с этой Там Швайда, чешской девушкой, обожающей преувеличения…
— Знаю, знаю, мы встречались. Но если я переспал с ней пару раз, это не делает меня источником информации для всех ее статей.
— Ты говорил мне, что это было только один раз.
— Верно, — Рук улыбнулся. — В один день. Однажды, в далекой-далекой галактике. — Почувствовав, что она немного успокоилась, он продолжал: — Хочешь, я ей позвоню?
— Нет, — затем, подумав, Никки сказала: — Да.
Но на лице ее было ясно написано, что разговор Рука с Там ее совсем не радует.
