Разговор превратился в шахматную партию между двумя опытными следователями, и агент Каллан понял, что обыграть Никки будет непросто. Он попробовал применить новую тактику: посмотреть, как Хит поведет себя, если ей дадут понять, насколько она ничтожна перед лицом могущественной государственной машины. Страх — основной инструмент, которым пользуется следователь, чтобы вывести подозреваемого из равновесия. Небрежно полистав бумаги, Каллан прочитал вслух:
— «Объект Б: „Я его не убивал. Это ты. Ты убила его“. Объект А: „Может быть, ты перестанешь повторять это?“ Объект Б: „Но это правда. Надеюсь, теперь ты счастлива“».
Хит поборола желание встретиться взглядом с Руком: именно такой реакции добивался Каллан. Агент продолжал:
— «Объект Б: „Я-то думал, ты обрадуешься, узнав, что двойная жизнь матери — не игра твоего воображения и что у нее не было любовника. И что — круто, правда? — у тебя в семье была шпионка, как Арнольд в „Правдивой лжи“. Нет, еще лучше: Синди Хит была как Джулия Чайлд, которая работала в Управлении стратегических служб во время Второй мировой войны“».
— Да как вы смеете, — начала было Хит и тут же пожалела о своей вспышке. Но у нее не хватило сил промолчать. Упоминание имени матери было приманкой, и она все-таки на нее клюнула.
Агент продолжал, как ни в чем не бывало:
— «Объект А: „Согласна, это уже что-то“».
— Мне этот мерзкий водитель сразу не понравился, — сообщил Рук. — Он что, записывал наши слова всю дорогу от больницы?
Агент улыбнулся, перевернул страницу и начал читать расшифровку разговора в «Брассери Липп»:
— «Объект А: „Ну-ка, давай пройдемся по списку твоих фобий: Петар, Дон, Рэндалл Феллер…“ Объект Б: „Ты назвала троих. Это все?“ Объект А: „Рук, ты серьезно спрашиваешь, сколько мужчин было в моей жизни?“» — Каллан пошуршал страницами и окинул Рука и Хит быстрым взглядом. — Вы действительно думаете, что у нас больше ничего нет?
К этому моменту Хит успокоилась и, мысленно отстранившись от возмутительного вторжения в ее личную жизнь, обрела почву под ногами.
— В таком случае у вас есть все, что нужно. Зачем было задерживать нас?
— Я хочу узнать обо всех ваших встречах. Что вы делали вчера ночью в Венсенском лесу?
— Ага. Значит, вы не настолько всемогущи, как хотите показать, — усмехнулась она.
— Я надеюсь на ваше сотрудничество. Мы на одной стороне, детектив.
— Если мы «на одной стороне», тогда поделитесь со мной информацией. Например, чем занималась Николь Бернарден накануне убийства и на кого она работала?
— Я не играю в такие игры, — ответил Каллан.
— Кто желал ее смерти?
— Бросьте, Хит.
— Кто такой Сикрест?
— Здесь я задаю вопросы. — Он говорил повелительным тоном, но Никки обо всем догадалась: когда она произнесла это имя, выражение его лица слегка изменилось, в глазах мелькнула настороженность.
— Значит, Сикрест — это вы?
— Я не намерен это обсуждать.
— Что ж, поговорим тогда, когда вы все-таки решите это обсудить, — отрезала Хит.
Схватка оказалась серьезной, но ставки для Никки были слишком высоки, и она намеревалась победить любой ценой. Агент, казалось, понял это и переключил внимание на Рука:
— Тогда я спрошу вас. С кем вы встречались в лесу и о чем говорили?
— Это вмешательство в частную жизнь. Конституция Соединенных Штатов защищает мои права как гражданина и журналиста.
Каллан снова обратился к Хит:
— Итак, запишем, что вы отказываетесь сотрудничать с агентами Департамента внутренней безопасности, которые занимаются официальным расследованием?
— Напротив, я согласна сотрудничать с Департаментом, — возразила она. — Но агенты, которые проводят настоящее официальное расследование, приходят в участок, а не похищают людей и не запугивают их. Это все официально? Я вижу только арендованный склад, двух ковбоев и трейлер с лабораторным набором. Если это официальное расследование, агент Каллан, обратитесь в штаб-квартиру полиции, и я перейду в ваше полное распоряжение. Иначе — только вы, я и драка с применением складных стульев.
Агент Каллан закрыл папку и, постукивая ею по бедру, пожевал губу. Взглянул на своего напарника, тот кивнул.
— Очень хорошо, — произнес он. — Можете идти.
Но, когда они направились к своим чемоданам, он добавил:
— Кстати, Рук. Вы заявили, что находитесь под защитой Конституции. Однако хочу вас предупредить: вы двое ввязались в очень серьезное дело и можете однажды обнаружить, что эта защита отнюдь не так надежна, как вам кажется.
В тот вечер они решили поужинать дома. Хит не терпелось приступить к работе, и еще ей ужасно хотелось отведать знаменитой пасты карбонара[117]Рука. Пока Никки сидела над своими заметками за обеденным столом в гостиной, Рук занялся готовкой.
— Можно тебя попросить? — произнес он. — Смотри под ноги. Моя маленькая статуэтка шотландского терьера, что стояла на столике у дивана, возможно, стала жертвой землетрясения. Пропала без вести.
— Ах, бедная собачка… Буду держать ухо востро. — Наклонившись, Никки обошла комнату, ничего не обнаружила и заглянула на кухню. — М-м, как здорово пахнет беконом. Скоро будет готово?
