Жестокие наследники полностью

— Листья панема и моллюски.

Кира сморщила нос и вытерла подбородок тыльной стороной ладони. Вероятно, она съела слишком много и того, и другого.

Наконец Римо опустился рядом со мной, наклонился, взял вилку, сделанную вручную здесь в Плети, и проткнул ею жареную лапу тигри. Он проглотил кусок мяса так быстро, что мне показалось, он даже не почувствовал его вкуса. В животе у него снова заурчало, что побудило его проглотить второй кусок.

Я подумала обо всех кусках тигри, болтающихся в джунглях.

— Как долго будет храниться мясо?

— Как только оно высыхает, мы его коптим, — Круз отрезал себе ещё один кусочек поджаренного мяса. — А потом переносим его в пещеры, выкапываем ямку в песке и обкладываем листьями панема. Это не так эффективно, как в морозилке, но хранится несколько недель. Даже несколько месяцев.

— Что у тебя за дела с Кингстоном? Почему вы двое убили его?

Смена темы Куинном была настолько резкой, что заставила всех замолчать.

— Просто держу его в узде, — наконец, сказал Римо.

— В узде? За кого ты себя принимаешь? За полицию?

Борода Куинна лоснилась от жира. Он расчесал жёсткие волоски покрытыми коркой крови ногтями.

Кира пожала плечами.

— Он пытался убить её отца, Куинн.

— Ты просто пожмешь плечами, когда она придёт за нами, чтобы отомстить за то, что мы сделали с её тётей?

Плечи Киры напряглись.

— Мы никогда никого не пытались убить, Куинн. Мы защищали наших людей, — она искоса взглянула на меня. — У тебя же нет никаких планов избавиться от нас, так?

— Ты серьёзно их спрашиваешь? — фыркнул Куинн, оторвал кусок мяса и проглотил.

— Ты планируешь навредить тёте Амары, когда выйдешь отсюда? — спокойно спросил Римо.

— Нам на неё наплевать! — Куинн уставился на Римо прищуренными глазами. — Но мы планируем высказать твоему дедушке всё, что мы думаем.

— Куинн… — прошипела Кира.

Римо крепче сжал вилку.

— Он это заслужил.

— Чего он заслуживает, так это быть запертым в этой грёбаной тюрьме, — раздраженно бросил Куинн. — Я даю ему неделю, прежде чем он откусит яблоко. Чёрт, даже я поддался искушению. Если бы Кира не выбила яблоко у меня из рук, я бы сдался. Что это за жизнь такая?

Очень мрачная.

— А ты, Круз? — спросила я. — У тебя когда-нибудь возникало искушение откусить яблоко?

Он повертел зубцами своей вилки в песке, формируя изображение, которое было так похоже на лицо Лили, что у меня замерло сердце. Когда он поймал мой пристальный взгляд, то провёл ладонью по песку.

— Да.

Мышцы на его руках напряглись, когда он упёрся ладонями в колени, как будто собираясь подняться. Однако он этого не сделал, просто уставился на меня поверх пламени.

— Она счастлива, верно? С Каджикой?

— Так и есть, но она станет счастливее, как только увидит, что ты всё еще живой.

Челюсть Круза напряглась, затем расслабилась, затем снова напряглась.

— Я слышал, у неё близнецы.

Я поймала себя на том, что улыбаюсь.

— Джия и Адсукин. Они на пару месяцев старше меня. Они оба, — мой голос сорвался, — они оба потрясающие.

Римо опустил руку мне на бедро.

— Кингстон сказал нам, что Фэрроу и Вуды ненавидели друг друга до глубины души, — сказала Кира, не упуская из виду, что Римо крепко обхватил моё бедро.

Моё сердце как будто немного раздулось.

— Да.

— Но не ваше поколение? — спросила она.

— О, нет, — сказала я с улыбкой. — Наше поколение ненавидит друг друга.

— Тогда почему вы двое такие, — она сморщила нос, — слюнявые?

— Потому что он мой жених.

Её брови, которые были на несколько тонов темнее её белокурых волос, взметнулись вверх.

— Твой жених?

— Да. Мой отец хотел задобрить Грегора, поэтому они договорились связать меня с ним.

Я кивнула Римо, пальцы которого скользнули к моей талии и ущипнули кожу, что только заставило мою улыбку стать шире.

— Это был худший день в моей жизни. Ну, пока я не прошла через портал, о котором мне рассказал твой брат.

Я оглянулась на неё и увидела в ней так много от Джоша, те же голубые глаза и немного веснушек, хотя у него были более густые волосы.

— С другой стороны, это всё произошло в один день, — я повернула лицо к одному из отверстий в потолке. — Может быть, это всё тот же день.

— Нет, если вы прошли через четыре камеры, то это не так, — прокомментировала Кира.

— Кажется, что это один бесконечный день.

— Значит, теперь вы больше не ненавидите друг друга? — спросил Куинн.

— Что-то вроде этого, — сказал Римо.

Его пальцы больше не дразнили мою талию. Или, скорее, дразнили по-другому. Его ногти царапнули по коже, которую он ущипнул, вызывая мурашки по коже.

— Я не могу поверить, что Эйс согласился на брак по расчёту, — тихое заявление Круза заставило пальцы Римо замереть. — Я был уверен, что он отменит их.

Лицо Римо превратилось в набор углов и граней.

— Массин Вуд думал, что мой дед собирается организовать ещё один переворот, — он судорожно сглотнул и убрал руку от меня. — Он выглядел несчастным из-за того, что отдал мне свою дочь. Почти таким же несчастным, как Амара.

— Я не была несчастной, я была в ярости. И ты точно не выглядел счастливым.

Он выдержал мой взгляд, прежде чем снова уставился на огонь.

— Я измотан, — объявил Куинн.