Парень добродушно улыбнулся. Ну почему он позволял кому-то избивать свое прекрасное лицо?
– Да, мне постоянно говорят об этом. Хотя этому мужику уже около пятидесяти, поэтому я не могу понять, комплимент это или оскорбление.
– А вам сколько? – И снова оно само! Может быть, воздух в комнате пропитался ароматом этих дурацких кайфкейков из дурацкого магазина, пока я спала? Меня просто накрыло – это единственное объяснение происходящему.
– Тридцать один. – Его прекрасная улыбка стала игривой: – А вам?
– Тридцать восемь, – сказала я с видом, будто только что получила подарок на день рождения.
Ему не двадцать пять! У нас всего-то семь лет разницы. И это не так уж мно…
И снова… О! Мой! Бог!
Я повернулась к Ватсону, будто ждала от него спасения. Он моргнул в ответ. Предатель! Что ж, я и сама могу справиться. Я схватила перо из подстаканника и показала его Оскару:
– Это перо принадлежит вымирающей особи?
Он отстранился, и я поняла, что сунула перо ему прямо в лицо. Продолжая улыбаться, Оскар взял перо в руку и осмотрел его.
У меня сложилось впечатление, что его улыбка из естественной превратилась в ту, которая появляется, когда человек сталкивается с психом, готовым сожрать его лицо.
Оскар провел пальцем по концу пера и нахмурился. Наконец он снова взглянул на меня:
– Понятия не имею.
– Не имеете?
Он покачал головой:
– Жаль, что расстроил вас. К сожалению, мы по долгу службы часто расстраиваем туристов. Нам постоянно приносят перья, камни, листья, веточки. Я, конечно, знаю большинство особей, находящихся в этом парке, но я вообще-то не энциклопедия.
– Оу! – То есть я не просто выставила себя дурой, так это еще и оказалось бесполезным.
Он рассмеялся:
– Должен признаться, никогда не видел, чтобы кто-то так расстраивался из-за того, что я не знаю ответа на подобный вопрос. Вы с перышком поедете назад?
Видимо, оттого что я чувствовала себя вселенской дурой, я повелась на подтрунивания Оскара и резко вырвала перо из его пальцев:
– Нет уж, не так скоро. Простите, что отвлекаю вас.
Я повернулась лицом к дороге и хотела уже гнать отсюда как можно быстрее, вдавив педаль газа в пол. Нужно было просто двигаться дальше. После всего, что произошло, возможно, стоило начать новую жизнь где-нибудь в другом месте.
– Мэм! – Меня снова передернуло, когда он произнес это слово. Я увидела, что Оскар указывает на домик неподалеку от дороги. – У меня там есть компьютер. Мы с вами вместе можем посмотреть, если вам настолько интересно.
– Нет, спасибо. Я не хочу тратить ваше время. Я уверена, что могу сделать это самостоятельно. Но еще раз спасибо. Это очень мило с вашей стороны, Оскар.
Я поняла, что моя оговорка взбесила его, но он снова улыбнулся. Парень наклонился ко мне и прошептал:
– Вы сильно расстроитесь, если я скажу вам, что не дрался ни разу в жизни, тем более на ринге?
Я не смогла удержаться от смеха:
– Честно говоря, мне от этого даже легче. Я никогда не могла понять, почему кто-то с таким прекрасным лицом, как у Оскара, может подставлять его под удары.
И снова выражение его лица дало мне понять, что я ляпнула что-то не то.
– Прекрасным, да? – Я почувствовала, как у меня загорелись щеки. Но он не позволил мне упасть в пропасть: – Я – Лео Лопес. И ваше лицо тоже слишком прекрасно, чтобы подставлять его под удары.
Он снова лишил меня дара речи. Прекрасно?
Лео пригнулся, чтобы увидеть пассажирское сиденье, и обратился к Ватсону:
– Скажи, пожалуйста, своей маме, что в обществе воспитанных людей при встрече принято представляться обоим.
К моему удивлению, Ватсон перелез через консоль, положил передние лапы мне на бедро и потянулся к Лео, позволяя ему почесать себя.
Хотя внешне никакого сходства не наблюдалось, в Лео явно было что-то от Барри Адамса.
– Эм, это – Ватсон, а его мама, которая сегодня и двух слов связать не может, Уинифред Пейдж. Но все зовут меня просто Фред.
– Красивая женщина, которую зовут Фред? – Его карие глаза снова встретились с моими. Хотя он дразнил меня, я удивилась, прочитав в его взгляде искренность. – Вы, определенно, первые из особей своего вида, которых я когда-либо встречал. – Лео сделал достаточно долгую паузу, так что меня бросило в жар, пока я представляла себе… Он снова указал в сторону домика: – Кажется, это перо представляет какую-то особенную ценность для вас. Возможно, я не знаю, в чем именно дело, но у меня есть варианты разобраться быстрее вас. Может, я помогу вам сберечь время?
Я кивнула, не уверенная, что все еще владею английским языком.
– Давайте уже паркуйтесь на обочине дороги. Я вас буду ждать там.
К тому времени как я припарковалась, Лео уже выбрался из будки и был рядом с домиком. Когда я приблизилась к своему новому знакомому, оказалось, что он сантиметров на пять ниже Брэнсона, то есть почти одного со мной роста. Он был немного удивлен. Хотя огонек в его глазах не угас.
Лео придержал дверь, чтобы мы выбрались наружу:
