– Вы будете смеяться, мисс, но насчет пигмеев вы недалеки от истины, – вклинился в разговор Макс. Как он умеет, без эмоций. – Вот только они сейчас на другом шаттле. В отделении капрала Веги их целых трое.
– Действительно? А я и не поняла… – огорчилась девица.
– Так и немудрено, – снова перехватил я инициативу. – Мы же в полном боевом снаряжении, а сквозь забрала, да со стороны, особо не разглядишь. Они на правом от вас фланге были, самые дальние. Но мне почему-то казалось, что они на вас больше комический эффект произведут, нежели пугающий. На контрасте, так сказать.
– Не без этого, – призналась Джули. – Просто это немного неэтично с моей стороны…
– Еще скажите, бодишэйминг! – заржал я. – Вот умора!
– Нет, ну а как еще?! – возмутилась девица.
– Известно как – рационально! – подмигнул я попутчице. – Мое второе имя, помните?
– В каком смысле рационально, лейтенант Болтнев? – не повелась репортерша.
– В таком, что подбор личного состава осуществляется на основании технических возможностей имеющегося в нашем распоряжении снаряжения, а не по каким-то там унижающим человеческое достоинство принципам, – пояснил я. – Иначе говоря: что имеем, от того и пляшем. И нет тут никакого расизма, сексизма, эйджизма и прочих «измов».
– И что же мы имеем? – не пожелала съезжать с темы Джули.
– Ма-а-акс! – технично перевел я стрелки.
– Слушаюсь, господин мастер-лейтенант, – правильно понял меня старший техник. – В общем, Юлия Сергеевна, объективная реальность такова, что мы вынуждены опираться на технический арсенал двух разумных видов – эфракоров и мбату. А они, если вы вдруг не знали, являлись цивилизациями-симбионтами. Чтобы далеко не ходить за примером, взгляните, пожалуйста, на кабину нашего шаттла: два члена экипажа здоровяки-эфракоры, а остальные двое, причем явно вспомогательный состав, мелкие мбату. И так у них во всех сферах деятельности. Принцип разделения труда в действии, да еще и возведенный в абсолют, если мне будет позволено так выразиться…
– Вам – будет, – заверила Джули, но Митрич пропустил ее выпад мимо ушей.
– Как результат, функционал эфракоров и мбату жестко разделен, и эта граница в полной мере отражена в их снаряжении. Пожалуй, эфракоров с полным на то основанием можно назвать ленгтистами, от слова «length», то есть «рост»…
– А почему не толлистами? – полюбопытствовал я. – «Tall» тоже вполне подходит!
– Считай это моим авторским произволом, Никитос, – не изменившись в лице, отбрехался Макс. И снова переключился на спутницу: – Почему они так жили, нам, людям, понять сложно. Но, видимо, на то были объективные причины. Ну а поскольку нам приходится пользоваться их Наследием, то и выбора особого нет: тяжелым Охотникам полагается доработанная броня эфракоров, причем, замечу, трех наименьших размеров, то бишь XS, S и M, если на наши мерки переводить, а скаутам – снаряжение мбату с размерами 2XL и 3XL соответственно. Маркировка, кстати, такая и есть: «Эфракор» либо «Мбату», и наш размер… Хотя это, думаю, вам не особо интересно.
– Мне интересно всё! – отрезала репортерша. – А если вы опасаетесь, что я не смогу запомнить столько информации, то спешу вас разочаровать, Максим Дмитриевич: смогу. Память у меня хорошая. А еще диктофон и камера работают.
– А?.. – озадаченно уставился на меня Макс, но был безжалостно перебит неугомонной дамочкой:
– Лейтенант Болтнев разрешил!
– Приказ майора Кирпатрика, – пожал я плечами, предвосхитив следующий вопрос Деда Максима. – Да ты продолжай, Митрич, не стесняйся. И ни в чем себе не отказывай. И еще, Юлия Сергеевна…
– Да-да?
– Мастер-лейтенант. Запомните раз и навсегда.
– Это несущественные детали! – барственно отмахнулась девица. – Да и слишком громоздко! И вообще, в чем разница?!
Хм… если по документам, то всего в трех квалификационных классах (с третьего по первый соответственно) и четырех годах выслуги. А вот в реальности… опыт, опыт и еще раз опыт. Предельно кровавый и грязный. Ну и куча сожженных нервов. О прочих телесных повреждениях молчу, они, в отличие от душевных, неплохо поддаются лечению.
– Не понимаете? – пристально уставился я на репортершу, но та даже не дрогнула:
– Вообще понятия не имею!
– Ну и ладно, – вздохнул я, осознав всю тщетность приложенных ранее усилий. – И дай вам бог не выяснить эту разницу на практике. Так для нас всех будет лучше.
– Так вот о чем я, душа моя Юлия Сергеевна? – поспешил сгладить неловкость Макс. – Есть некие обстоятельства, над которыми мы не властны…
– О чем речь, Ник? – очень вовремя окликнула меня Сара. Естественно, на английском, ибо русским не владела даже на бытовом уровне. – Наш Дедуля оседлал любимую тему?
– Типа того, – с изрядным облегчением отозвался я. Ну ее, эту язву-репортершу. Чую, хлебнем мы еще с нею горюшка. – Мисс Джонс, как и большинство ее коллег по борзо… кхм, журналистскому цеху, отличается изрядным любопытством на фоне тотальной безграмотности в большинстве освещаемых тем.
