Жестокий мучитель полностью

Я тяжело сглатываю, поскольку чем больше узнаю о том времени, тем больше кажется, что семья Натальи не имела отношения к причинам моего переезда.

Не говоря больше ни слова, я сажусь на заднее сиденье ожидающего нас автомобиля и смотрю в окно.

Дядя присоединяется ко мне, и мы молча едем к центральному городскому кладбищу, где похоронена мама.

Мне не удалось присутствовать на похоронах, но я знаю, что ее похоронили на семейном кладбище, даже если она была предательницей.

— Остальные члены семьи знают, что она была осведомителем? — Спрашиваю я, бросая взгляд на дядю.

Эрнандес кивает.

— Это Пабло узнал правду. Он приказал проследить за ней, чтобы подтвердить свои подозрения.

Я сжимаю челюсть, понимая, что если дон Пабло узнал о предательстве матери, то Эрнандес ничего не смог бы сделать, чтобы спасти ее.

Я замолкаю и смотрю, как за окном меняются пейзажи моего родного города, испытывая странное чувство ностальгии, когда мимо проносятся знакомые места.

Места, где я бывал с мамой и папой до того, как все пошло прахом.

Поездка занимает десять минут, пока мы не подъезжаем к богато украшенным воротам кладбища из кованого железа. Кладбище, которое мы с мамой посещали еженедельно, так как ей нравилось возлагать цветы на могилу своих родителей.

— Ты помнишь его? — Спрашивает Эрнандес.

Я киваю.

— Да, мы приезжали сюда каждую неделю.

Он улыбается, но улыбка не доходит до его глаз.

— Да, Инес любила регулярно навещать могилу наших родителей. — Он кивает в сторону ворот. — Иди и вырази свое почтение. Я оставлю тебя наедине и пойду, когда ты вернешься.

— Спасибо, — говорю я, выхожу из машины и иду на кладбище, которое так хорошо помню.

Я никогда не думал, что снова окажусь в Мексике, тем более в этом месте, куда так часто водила меня мама. Тропинки кажутся знакомыми, пока я пробираюсь к семейному участку Эстрада в центре кладбища.

Сердце бьется сильнее, когда подхожу ближе и узнаю два надгробных камня бабушки и дедушки. Они умерли, когда я был слишком мал, чтобы их запомнить.

Очевидно, они погибли в автомобильной катастрофе, но я уверен, что это, скорее всего, был не несчастный случай. Теперь я знаю правду о нашей семье и о том, во что мы втянуты.

Я замираю, когда замечаю новое надгробие из белого мрамора рядом с бабушкиным, и меня захлестывает волна эмоций. Медленно подхожу и опускаюсь перед ним на колени, когда вижу ее имя, высеченное на камне.

Инес Мартина Эстрада.

Я благодарен, что на её надгробии не написали фамилию моего отца.

— Я дома, mamá, - бормочу, осторожно прикладывая руку к её имени. — Прости, что потребовалось так много времени, чтобы навестить тебя, но у меня никогда не было такой возможности.

В горле образуется комок, и я пытаюсь его проглотить, слезы покалывают глаза. Я не даю им упасть, потому что плакать — это слабость.

Я трясу головой, борясь с различными эмоциями, бушующими в моем теле. Гнев, замешательство, грусть, предательство и скорбь. Если бы она не предала свою семью, она все еще была бы здесь, живая и здоровая.

Черт, возможно, мы бы до сих пор жили здесь, в Рейносе.

— Почему, mamá? — Спрашиваю я, желая, чтобы она могла мне ответить. — Почему ты это сделала?

Удивительно, но, несмотря на ненависть к дяде, я верю в то, что он мне рассказал. Эрнандес не из тех людей, которые лгут о таких вещах. С чего бы ему беспокоиться?

Мой отец, с другой стороны, был трусом, раз не встал перед доном Пабло и не сказал ему "нет", даже если отказ означал бы, что это должен был сделать кто-то другой. Для него отказ был бы верным смертным приговором, но это не меньше, чего он заслуживает. По крайней мере, я бы не провел все свое детство, ненавидя его так, как сейчас.

— Это уже не имеет значения, — обращаюсь к могильному камню. — Я просто рад, что смог приехать и попрощаться с тобой после шести долгих лет.

Я проглатываю ком в горле и встаю на ноги, размышляя, не была ли моя ненависть к девушке из семьи Гурин все это время совершенно необоснованной.

Я винил ее семью, а также отца и дядю, но мне было приятно вымещать свой гнев на ней. На девушке, которая не имела ко всему этому никакого отношения. Я прикусываю внутреннюю сторону щеки, и отворачиваюсь от маминой могилы, понимая, что теперь, когда стала известна полная история той ночи, всё изменилось.

Глава 20

Наталья

Когда машина въезжает в ворота академии на день раньше, я отчасти благодарна, что получила сообщение Евы. Даже если не понимаю, зачем ей понадобилось, чтобы все мы были здесь за день до начала семестра, идея вернуться раньше Элиаса была заманчивой.

Ева позвонила мне два дня назад и попросила приехать пораньше, потому что у нее есть грандиозные новости, которые она должна сообщить нам троим. Я пыталась расспросить ее об этом, но она отвечала загадками. Адрианна все равно собиралась вернуться пораньше, как она часто делает. Камилла тоже перенесла свое возвращение на сегодня.

Попов паркует машину перед внушительным зданием, выключает двигатель и выходит, чтобы открыть мне дверь.