Неизвестный: Трудно ревновать то, что уже принадлежит мне.
Это вызвало у меня громкий смех.
Я: Ошиблась.
Я: Ты не ревнивый. Ты самоуверенный.
Я практически слюни пускала в ожидании его ответа, как наркоман, жаждущий следующей дозы. Этот мужчина был чертовски опасен для меня, но я не могла остановиться. По правде говоря, и не хотела.
Ждала целую минуту, уставившись в экран телефона.
Неизвестный: Я просто прав.
Я начала набирать ответ, затем удалила, чувствуя, как в груди расширяется пустота. Что, черт возьми, я делаю? Общение с ним было бессмысленным. Если что и было тратой моего времени, так это переписка с Ораном Байрном. Мне нужно вернуться на землю и перестать позволять себе отвлекаться.
Я: Как будто ты можешь быть другим.
Я не была уверена, что верю в это, но чувство безнадежности, которое испытывала, просачивалось наружу.
Неизвестный: Позволь мне показать тебе.
Именно. Это было бессмысленно. Я медленно покачала головой и собиралась завершить разговор, когда он отправил еще одно сообщение.
Неизвестный: Загляни в свою сумочку.
Мое сердце подскочило к горлу.
Я огляделась, внезапно заметив людей в поезде, чувствуя, что они все наверняка слышали мой громкий пульс. Убедившись, что никто не обращает на меня внимания, засунула руку в свою кожаную сумку среднего размера, которую носила в последнее время. Я не из тех, кто таскает с собой кучу хлама, но жизнь в городе означала необходимость иметь под рукой множество вещей.
Порылась среди вещей, пока не увидела лист плотной белой бумаги размером с фотографию. Когда вытащила, то обнаружила, что это было приглашение.
Под указанным адресом была дата. Завтра.
Неизвестный: Дай мне шанс, Лина. Приходи завтра — я буду там всю ночь.
Я не ответила. Мой разум был слишком занят гонкой мыслей.
Olympus не единственный клуб, членом которого был Оран. Что это за клуб — Bastion? Приглашение выглядело формально, с элегантным тиснением на дорогой бумаге. Может, это глупо с моей стороны, но я удивилась, что никогда о нем не слышала.
Может, он был таким же закрытым, как Olympus.
Использование печатных приглашений? Это не вязалось. Так что… не скрытный, но, возможно, все же элитный? Может, именно поэтому он вступил в Olympus — потому что тот предлагал то, чего не было в других клубах.
Беспокойство превратилось в густую слизь в животе.
Я вела себя глупо? Я уже не могла сказать. Мое тело реагировало на него так, как не реагировало ни на одного другого мужчину. Я не понимала. Он был таким же, как и все, не так ли? Стремился вести дела с Лоуренсом — а это означало, что его мораль определенно под вопросом. Он хотел, чтобы дала ему шанс, но я никогда не могла бы ему доверять. Использовать его? Возможно. Но не доверять.
Мой телефон снова завибрировал.
Я сделала медленный, глубокий вдох, готовясь к тому, что он еще скажет, но сообщение не от Орана. Оно в тысячу раз хуже. Сообщение от моей матери.
Слизь в животе стала прогорклой.
Элиза: Нам нужно поговорить. Ты можешь зайти к нам домой?
Наглость. Я не ступила бы на порог этого дома, даже если бы с неба начал литься кислотный дождь.
Я: Нет. Если тебе нужно что-то сказать, напиши.
Элиза: Я не буду обсуждать это в сообщениях, Каролина.
Мне следовало сказать ей, чтобы она отвалила. Это то, чего она заслуживала. Черт, я бы заблокировала ее номер, если бы не подозревала, что она знает больше, чем говорит. Я не доверяла своей матери и ее ублюдку-мужу, но на случай, если у нее действительно есть информация, не могла ее игнорировать.
Я: Встретимся завтра в 13:00 в Applebee’s на 50-й улице.
Элиза: Ты это не серьезно.
Если мне придется встретиться с женщиной, которая родила меня, то я сделаю это с максимальной выгодой для себя. Видеть ее унижение от возможности быть замеченной в эквиваленте пищевого борделя наполнило бы мое сердце радостью.
Я: Как-нибудь переживешь.
Я улыбнулась.
Она не сочла нужным ответить.
ГЛАВА 8
Я приехала в Applebee’s пораньше, чтобы занять столик и вынудить Элизу пройти через весь ресторан, словно совершая «позорный путь». Я даже попросила посадить меня в самом конце зала. В голове возник образ Серсеи Ланнистер, идущей обнаженной по улицам Королевской Гавани в Игре престолов, пока люди бросали в нее еду и кричали «позор».
Я усмехнулась. Это было не то же самое, но достаточно близко. Сойдет и так.
Элиза появилась в огромных темных очках и обмотала голову шарфом. Она не сняла их ни при входе в ресторан, ни когда села. Устроилась на краешке скамьи так скованно, словно та была усеяна битым стеклом.
Ну и стерва.
— Что тебе нужно? — сухо спросила я.
— Не думаешь, что это уже зашло слишком далеко?
— Я не остановлюсь, пока не получу ответы.
— Если бы можно было что-то найти, ты бы уже нашла.
