— Не каждый гульден попадает на учебу в столичную академию, но и после этого ему приходится обучаться года два, а то и три, приобретая должные умения и магическую сноровку. Мне удалось научиться за год, но я считался одним из лучших и мне пришлось напрягаться по максимуму.
Чтобы как-то скрасить разочарование, написанное на лице у девушки, граф Дин попытался пошутить:
— Чем хуже учителя, тем бездарнее ученики! — Но тут же вспомнил свои недавние неудачные опыты по созданию Проясны и смутился. — Хотя оно по-разному бывает.
Тем не менее Эрик Зарнар приступил к обстоятельному описанию всего магического процесса. Руда кэфэц потому и покупалась в комплекте сланец-ставролит, что использовалась для создания вся. Саму основу приходилось расплавлять на небольшом тигле и запускать в ней процесс кристаллизации с помощью того самого магического умения. И в определенный момент, ни в коем случае не раньше или позже, вложить в расплавленную массу крестик ставролита. Ну а потом еще и охлаждать в довольно сложном температурном и временном режиме. Существовала и строгая проверочная нагрузка, даваемая на амулет, после его изготовления. Если испытание завершалось сохранением амулета в целостности, значит, он проходил тем самым тест на профпригодность и мог защищать обычного воина от магических атак хищных тварей.
Если прослушивать, обучаться, а потом и делать все по оглашенным магистром инструкциям, то действительно нудней и тяжелей работы для любого человека с магическими способностями не придумаешь. Светозаров так и заявил, с некоторым раздражением:
— Какая скучная и неблагодарная работа! Неужели за века нельзя было усовершенствовать весь процесс?
— Как?! — обиделся за своих коллег и за себя Эрик. — Когда-то и подобных амулетов не существовало!
В самом деле, в данном мире о химической таблице Менделеева и свойствах минералов вообще не имели никакого понятия. Поэтому Торговец осознал неуместность своего презрения к отсталым методам производства. Даже извинился, а потом принялся скороговоркой изъяснять, как он сам видит весь этот процесс со своей точки зрения страшно образованного человека. Как оно и ожидалось, магистр Зарнар ничего не понял из этих объяснений. О чем безапелляционно и заявил:
— Полный абсурд и абракадабра!
Тогда как Майлина, не затюканная годами обучения в академии гульденов и глядящая на все новое без шор науки, вдруг неожиданно легко уловила основную суть:
— Очень похоже на варку риса: он может затвердеть от малой температуры варки, а может и развариться при большом огне и лишней воде.
От удивления Торговец посмотрел на девушку расширенными глазами и с явным уважением:
— Сравнение, конечно, неуместное, но суть понята идеально. Да и ты сам, Эрик, при своем рассказе только эти слова и использовал: разогреть, прокипятить, поддерживать жар, медленно остывать. И я скажу, почему вы так страшно боялись экспериментировать и придерживались только устаревших технологий.
— Из-за неумения? — прозвучало одно из явных предположений.
— Нет! Из-за малого количества кэфэц. Вы просто тряслись над каждым крестиком и над каждым кусочком дешевой в данном месте руды. Для вас опасение испортить амулет перекрывали все стремления что-то изменить или ускорить. Правильно?
Хоть и с ужимками, но магистру пришлось с такими обвинениями согласиться.
— А раз правильно, мы развернемся вовсю! Давай сюда свою горелку!
Каждый уважающий себя гульден, а уж тем более магистр не мог отправиться в путь баз малого набора своих лабораторных приспособлений. Так что вскоре уже горел огонь, а в трех наскоро сделанных формовочных контурах плавился при помощи жара и магии слой каменистого сланца. Причем даваемые импульсы силы заставляли породу растекаться и вскипать всего за пару минут, а затем граф щедрой горстью швырял туда с десяток кристаллов ставролита.
Ну, понятно, что первый блин комом, как говорится. Да что там первый, более десяти первых амулетов осыпались, потрескались или оказались безнадежно испорчены. И стоило видеть, как слезы наворачивались у магистра на глаза и тряслись руки. Только и приходилось на него покрикивать:
— Под ноги смотри! И не плачь, а подай мне очередную горсть этого мусора!
Помогало. Да и навыки появились у чужестранца уже на втором десятке изделий. А начиная с четвертого продукция пошла с наивысшим качеством. Причем более всего был усовершенствован процесс остывания амулетов: вынимая его из формы, Светозаров заключал амулет в небольшое силовое поле с вакуумом и небрежно швырял в сторону. А сам переходил к следующему изделию. Через десять минут магистр проверял зашипевший, уже полностью готовый артефакт и не мог сдержаться от детского восторга:
— Ух ты! Работает! Действует! Защищает! Ура!
