Разозленный Ник напоминал Мела Гибсона в "Храбром сердце". Он был таким же патлатым, настроенным на победу любой ценой и сумасшедше красивым. Хоккейные фанаты со мной, скорее всего, не согласились бы, но даже в матче за бронзу, на котором Ник закатил решающую шайбу, он не был так хорош, как сейчас.
Ума не приложу, когда успела стать ревнивой собственницей, но девчонкам, которые пялились на его голый золотистый торс, хотелось выцарапать глаза. Хорошо, что рядом не было ни Влады, ни Марго. С их умением читать эмоции и мысли, мне точно был бы установлен один очень неутешительный диагноз.
Даже в мыслях не хочу его озвучивать! А ведь всего-то была обычная игра, поцелуи за каждую победу и много-много пиццы.
***
Утром в воскресенье активно отдохнувший за субботу Ник был сама таинственность. Уснувший, только мы вошли в свой номер, к завтраку он светился от бодрости. Складывалось впечатление, что моя загадочность накануне каким-то образом передалась ему.
Глядя, как он уплетает омлет с колбасками и хитро зыркает на меня своими синющими глазами, хотелось раздобыть где-нибудь каску, бронежилет или вообще попросить убежища в какой-нибудь стране, которая не выдает ни своих, ни чужих.
Считается, что кошки и некоторые женщины, ведьмы, способны чувствовать неприятности. Я никогда не замечала у себя особой склонности к предвидению. Обручение с Василием тому прямое доказательство. Но сегодня мой чуйкометр зашкаливал!
- Меня не покидает ощущение, что ты задумал что-то, - уже садясь в машину, я все-таки решила признаться.
- Да? - хмыкнул Ник. – Наверное, судишь по себе. Ты ведь у нас опытная интриганка.
Не дав нормально устроиться в пассажирском кресле, Клюев перекинул через меня ремень безопасности и, защелкнув, подтянул потуже. Почему-то у меня его ловкие действия вызвали ассоциации с работой анестезиолога перед операцией: прочные ремни, надежные застежки, полная обездвиженность - никаких шансов на побег.
- До пляжа ехать всего ничего, а ты меня так упаковал...
Я еще внимательнее присмотрелась к Нику.
- У нас вчера был такой плодотворный... пляж, - он завел машину, - что сегодня, думаю, можно обойтись без него.
Тревожные колокольчики уже не звенели над ухом мелодичной трелью, а громыхали набатом, предупреждая о ЧП. Уши закладывало от их звона!
- И что ты задумал? - я нервно сглотнула.
- Отдых, милая! - Ник на миг обернулся ко мне. Если его улыбка означала что-то безопасное и хотя бы отдаленно похожее на отдых, то я была Елизаветой Второй.
- На море? В горах?
- Ты такая любопытная сегодня. Черт, и почему я не был таким вчера!
- Ник Клюев! - мне уже стало не до смеха.
- Да, золотая моя?
- Куда мы едем?
Казалось, мое волнение только распаляло его. Тревожнее мне - веселее Нику.
- Ты действительно хочешь это знать?
- Да! И прямо сейчас.
Ник вырулил с территории олимпийской деревни, переключил коробку передач на режим "Драйв" и только потом глянул на меня.
- Хорошо. Я расскажу, - ухмыльнулся. - Но только ты вначале расскажешь, когда успела организовать волейбол.
Вопрос был предсказуем, и все равно я вжалась в кресло. Поразительно, как с таким умением торговаться у Ника до сих пор не было контракта. Пожалуй, Серебрякову можно было давать мастер-классы по искусству переговоров. Я бы такой мастер-класс посетила точно.
- Так как? – долго размышлять Ник мне не дал.
- А может, это была не я? - сдавать явки и пароли сразу как-то не хотелось.
- Ага. И грудь, на которую до вечера пялился Прохоров, тоже была не твоя.
Я отвернулась в сторону.
- Ну, в твоей майке пялиться там было не на что, - проворчала себе под нос. – Монашеское платье – и то соблазнительнее.
- Ты там признательную речь тренируешь?
- Общаюсь с приятным собеседником, - посмотрела на свое отражение в стекле.
- Мальчишек Степаныч созвал? - вероятно, догадавшись, что так просто я не сдамся, Ник перешел к наводящим вопросам.
- Он был очень любезен.
- Любезный старый лис. Обхохочешься.
Возможно, я ошибалась, но в голосе Ника не было и тени злости. Он допрашивал о моей маленькой афере, а сам, судя по морщинкам в уголках глаз, с трудом сдерживал улыбку. Совершенно не сочетающееся со злостью выражение лица.
- А Прохоров со своей оравой явился уже по твоему звонку?
- Он хотел без оравы... - я скосила глаза на Ника. - И без тебя, но я умею быть убедительной.
На этот раз Клюев не удержал покерфейс, и покатился с хохоту.
- Безжалостная ты у меня. Игореша, небось, губенку аж до своего номера раскатал. До кровати! А ты с ним так!
Мне сразу вспомнилось несчастное лицо Игоря, когда ему пришлось поздравлять команду Ника с победой и покупать целую партию пицц. Более жалкое зрелище и представить было сложно. Высоченный, красный от перенапряжения и совершенно потерянный. На мой звонок он уже точно больше никогда не ответит, и осудить его за это я не смогу.
- Я старалась, - волнение немного улеглось, и губы сами собой растянулись в улыбку.
- О да! - Ник положил правую руку на мое колено и несильно сжал. - Даже не представлял, что в обязанности пиар-менеджера входят такие услуги.
