Затолкав девочку на кухню, набрал по телефону номер господина Фаста. Была у нас такая договоренность: в экстренном случае звонить только ему. Кажется, этот случай наступил?
— Да? — услышал сонный голос. — Дима? Что такое?
— У нас проблемы, — проговорил я.
— Какие? — зевнул мой ночной собеседник.
У меня много недостатков, я соткан из них, но есть одно безусловное достоинство: чувствую ложь. Товарищ Фаст переиграл, он не учился в театральном училище-школе МХАТ, и поэтому был неубедителен в своей скуке. Я коротко сообщил, что произошло в квартире академика Сироты А.А. и, закончив телефонный разговор, присел на корточки перед плачущей девушкой.
— У нас мало времени, — сказал я. — Слезам делу не помочь.
Аня смотрела на меня воспаленными глазами и не понимала, что хочу от нее. Я взял её руку и спросил:
— Откуда ты знаешь, что деда могли убить?
— Он сам мне сказал, — всхлипнула.
— Здесь что-то искали?
— Искали? — не понимала. — Деньги?
— Прости, а дед тебе ничего не передавал?
— Что передавал? — попыталась вырваться. — Его убили, а ты задаешь такие идиотские вопросы?
— Стой, — держал за руки. — Ты говорила: дед нашел решение. Говорила?
— Да.
— Где они?
— Н-н-не знаю, — зашлась в плаче.
— Все-все, — понял, что в данной ситуации бесполезно развязывать узелки проблемы, связанной с элементом 115. Будем только надеяться, что академик — старый лис, чувствуя, что могут произойти печальные для него события, надежно упрятал информацию по Новой Энергии. Возможно, наше с Анечкой полуночное появление в доме сыграло роковую роль: академика убили потому, что он знал в лицо тех, кому открыл дверь. Или убийцы проникли через балкон? Впрочем, сейчас это не самый главный вопрос. Если все происходящее в последние дни не воображение больного ума моего, то речь идет об информации, способной взорвать в буквальном смысле слова весь мир. Или дать её обладателю упоительную власть над всем человечеством. Картинку недалекого будущего я видел и отнесся к ней, как к фильму нестрашного ужаса. Однако теперь, когда в реальной жизни начинают происходить «запланированные» убийства, то простите-простите, есть над чем задуматься.
— Анечка, — сказал я. — Никому не говори о НЛО, не надо. Тебя не поймут.
— А что говорить? — была несчастная и некрасивая в искреннем горе.
— Ничего не говорить, — улыбнулся. — Мы с тобой гуляли по городу, потом решили зайти к деду…
— Гу-у-уляли?..
— Гуляли, милая, гуляли. — И повторил: — Ты ничего не знаешь. Ни-че-го! А эту проблему я сам буду решать, обещаю.
— Решать? — не верила. — Как решать?
— По обстоятельствам.
Через несколько минут в квартире академика началась тошнотворная суета службы безопасности НИЦ, прибывшей во главе с господином Фастом. Потом приехали родители Анны и увезли её домой. Я чувствовал, что события этой ночи есть поворотные. Вот только для кого? Для меня? Для всех народов мира, населяющих нашу планету? Или для тех, кто выполняет специальное задание? ЦРУ? ГРУ? ФСБ? НЛО? И так далее. Кто мутит воду и пытается поймать в ней золотую рыбку удачи?
Сидя на кухне, я задавал себе эти вопросы и не находил ответа. Если позабыть НЛО, как явление противоестественное для человеческого ума, то скорее всего настоящая проблема имеет земные корни. Идет борьба спецслужб, а я в качестве того куска дерьма, плавающего в проруби. К сожалению, это так, сержант. И остается тебе только ждать… и действовать по обстоятельствам.
— Плохие дела, — в кухне появился полковник Фаст. Был подвижен и энергичен, чувствовал себя, видно, как гончая, берущая след.
— Хуже не бывает, — подал я голос. — Почему у академика телохранителя не было?
— Был он, Дима, был, — хныкнул сотрудник службы безопасности НИЦ. Только Алексей Алексеевич на ночь его домой… — махнул рукой. — Порядок должен быть во всем, а здесь…
— Порядок — это когда все покойники, — вспомнил свое путешествие в будущее.
— Что? — не понял Денис Васильевич. — Кто у нас ещё покойник?
Я отшутился: все мы мертвецы — в перспективе. Господин Фаст глянул на меня с некой потаенной мыслью, задумчиво пожевал губами:
— А как ты здесь оказался?
— Гуляли с Анечкой, — отвечал я. — Решили зайти в гости к дедушке. И вот… зашли.
— Теперь бы выйти, — многозначительно проговорил полковник ГРУ.
— То есть? — насторожился я.
— Где гуляли-то? — с нездоровым оживлением поинтересовался. — Городок у нас маленький. Запомнить нетрудно, особенно для бывшего диверсанта. Не танцевали ли часом в ДК? — Сделал интригующую паузу. — Вальс? Или твой, Дима, любимый танец jig?
Услышав это, я попытался сохранить хладнокровие. Спокойно, сержант, ничего страшного не происходит. О jig только ленивый не знает. Во всяком случае, отцы-командиры «Салюта-10» были в курсе: однажды я переминался на сцене, участвуя в культурной программе по случаю 23 февраля. Мои танцевальные «па» боевые товарищи встретили гомерических хохотом, а потом ничего — попривыкли и даже провожали аплодисментами.
— Сегодня в ДК не танцевали, — заскучал я. — По проспекту Ленина гуляли. Туда — сюда.
