Я понял, что умельцы уже отметили праздник автомобилестроения и с нетерпением ждут его продолжения. И лучше, если я не буду омрачать подъем трудового духа.
И мы с Ван Ванычем ударяем по рукам: я получаю документы, утверждающие, что я есть владелец своеобычного транспортного средства, а другая сторона получает пять импортных сотенок и ящик отечественной огненной воды. И все остаются довольны. Главное, оказаться в нужное время и в нужном месте.
- Это точно, Дымок, - сказал на прощание отчим, когда я сгрузил его и ящик родной у проходной. - Чудное времечко вокруг и мы в нем, как в турецких банях.
Я хотел уточнить насчет помыва в чужих банях, да Ваныч с заслуженной ношей поспешил удалиться в сторону невидимых, но опытных во всех отношениях автомобилестроителей.
Легкая и веселая энергия автомобильчика передалась и мне. Я почувствовал себя намного свободнее. Конечно, я сын трудового народа, но народная любовь порой утомляет, а её клозетные запахи убивают все прекрасные порывы. Так что лучше будет, если наши дороги пойдут параллельными курсами, пересекаясь только в самых крайних случаях.
Мое авто плывет в общем механизированном потоке, на него никто не обращает внимания, даже мешковатые ГИБДДрилы с жезлами. Значит, мой отчим прав: участникам ралли дают зеленую улицу.
Через четверть часа прибываю на стоянку, где у семейства Мамина-Мамыкина зарезервировано местечко: машину украли, а площадка осталась, и мой товарищ решил мне её удружить. А если угонят и мою тачку, пошутил я. Не-а, твердо заявил Венька, ни за что. Почему? А я точку для тачки заминирую, заверил друг. Я посмеялся: и правильно, не дадим врагу никаких шансов. И вот я въезжаю на стоянку и вижу рыжего гаера, который, признав меня за рулем, начинает хохотать.
- И минировать не надо, - говорит он. - Откуда такое чудо-юдо?
- Я участник ралли, - отмахиваюсь. - И этим сказано все.
- И ты на этой таратайке, - не унимается, - к даме сердца?
- Угадал, фигляр, - отвечаю.
- А если я с тобой?
- Зачем?
- Буду освещать место событий - свечами.
Я трескаю охальника по затылку и мы отправляемся к нему домой. Живет Мамин с родителями и младшим братом Санькой, что не мешает ему проводить свою политику относительно личной свободы и независимости. Отвоевал её со скандалами и показательными уходами и такими же возвращениями. Помимо этого имеет свою комнату, где такой вещевой ералаш, что непостижимо, как можно здесь жить. Однако мой товарищ жил, и жил хорошо, утверждая, что в хаосе он обретает душевный покой. И я даже знаю, какой он обретает покой, когда тащит в логово очередную любительницу порно. Такого количества видеокассет с малохудожественными шедеврами я не встречал даже в публичных библиотеках.
- Я люблю кино и я изучаю искусство любви, - утверждал Веничка. - Это трудно понять тем, кто живет низкими страстями.
- А ты живешь высокими? - смеялся я. - Извини, не знал, что ты у нас натура возвышенная.
- Сам такой, - огрызался Мамыкин и делал вид, что очень оскорблен в своих самых лучших чувствах.
За два года ровным счетом ничего не изменилось: все тот же бардак с борделью, заметил я, пиная продукцию рынка порока, хрустящую под ногами морскими ракушками. Жизнь продолжается, сказал на это Мамин и по моей просьбе принялся рыться в хламе, чтобы обнаружить телефон. Когда я начал терять терпение, искатель нащупал провод и по нему выбрался на балкон, где и был найден искомый аппарат.
- Только не крой рожи, - предупредил я. - У меня ответственный разговор.
- С кем?
Я признался, что с мадемуазель, мечтающей провести ночь с горячим славянским парнем. То есть с тобой, жеребцом, уточнил Мамыкин и принялся ржать, точно вышеупомянутое животное. Отправив кентавра на кухню готовить кофе, я накрутил диск.
- Да? - услышал милый женский голосок. - Добрый день, "Russia cosmetic" слушает вас.
Я не знал, как в подобных случаях начинают вести светскую беседу и поэтому решил сделать вид, что состою в ордене Святых Мучеников:
- Будьте добры, госпожу Пехилову?
- Как вас представить? - любезно интересуется секретарь.
- Дима от Михи, - был прост я.
- Минуточку, - после заметной паузы ответила девушка.
Я перевел дыхание: перспектива встречи при свечах с "железной леди" в ночной розовой рубахе мне не улыбалась. Хотелось нечто - легкого, летящего, искрящегося. И я его получил в полном объеме:
- Дима от Михи? Да-да! - услышал голос стервочки и её нервный смешок. - Замечательно, ха-ха. Именно вы мне и нужны, Дима, и немедленно!
- Это в каком смысле? - насторожился.
- Это не телефонный разговор, - интриговал исполнительный директор ТОО "Russia cosmetic". - Приезжайте сейчас, поговорим. По душам.
Люблю говорить с женщинами по душам, особенно, когда они молчат. Молчание - золото, это именно тот случай: любимая занята исключительно твоим предметом её обожания, а душа твоя воспаряет к небесам, где заливаются глазурные архангелы.
- Я тоже хочу, - заявил Мамыкин, узнав причину моих сборов к уходу, находиться в гуще событий.
- Тебя только там не хватало, - огрызнулся и посоветовал: - Сиди, гляди кино и пей вино, порнушник.
