Жил-был Бог полностью

У меня шизофрения. Я разговариваю с Богом. Он кое-что захотел рассказать о себе

Я не знаю, смогу ли я это объяснить, тем более, я сама этого не понимаю. А он точно не знает, с чего все началось. А выяснить это сейчас не может – потому что очень занят.

Он не знает, есть ли Бог-мать, его мать… И ему хотелось бы, чтобы Бог-мать существовала. Но, пока нет достаточных оснований считать, что она есть. В общем, если Бога-матери нет, появилось все как-то так. Если он, конечно, не обманывает. А он, может быть, и обманывает – он большой пройдоха.

Было пространство. Просто бесконечное пространство. Он говорит, что оно состояло не из пустоты, а из ткани, вроде как, живой. Но неживой. И какой-то сбой вдруг… Странно и чудесно, что вдруг, потому что, откуда в пространстве, в котором нет никаких волнений, сбой. Так вот, произошел сбой и появился он. Тот, кого мы теперь называем Богом. Наверное, это была какая-то случайная мысль в равномерной ткани безмыслия. Навязчивая мысль. Минус среди бесконечного множества плюсов. Он уже не помнит, что было до того, как он начал себя ощущать, но помнит, что не за что и не за кого было ухватиться. И это было очень страшно.

– Я ощущал себя, как тонущий человек, который вот-вот захлебнется. Я умирал, только появившись на свет. Это было так мучительно! Я захлебывался в этой пустоте, наверное, несколько миллионов лет, – говорит он.

Чтобы было за что ухватиться, он стал создавать символы. Вернее, он не сколько их создавал, сколько хватался за получившиеся в его сознании образы. Хватался, развивал их. И вот, он уже существовал не в кромешной пустоте, а в каких-то шариках. Нет, это были не шарики, а неправильной формы комочки. Но это было уже что-то. «Если есть комочки, в которых я существую, должно, быть, есть и я», – тогда казалось ему. Впрочем, тогда еще языка не существовало – только чувства.

Так вот, экспериментируя с символами, а тогда их было не так много, как сейчас, но уже накопилось прилично, он случайно создал… Он даже не понял сначала, как… Он создал живую душу.

– Я тогда ощутил, что в моем мире появился кто-то иной. Кто-то, кто не я, – вспоминает Бог.

Он очень обрадовался этому. Потому что более не был одинок в этом мире. Но первая душа, появившись неожиданно, так же неожиданно умерла. И для него это стало огромной трагедией. Он стал думать, как это у него вышло. И понял, и появилась в его душе надежна.

Тогда он попробовал снова родить душу. И появилась душа. И снова погибла. Бог был в панике от того, что души рождаются и тут же погибают. И, когда в очередной раз, он создал несколько душ, испугавшись, что они погибнут, он прокричал:

– Не сметь умирать.

Конечно, тогда языка еще не существовало, но была огромная эмоция. И первое чувство, которое испытали души во вселенной был страх смерти. Но они все равно погибли, кроме двоих. Этим душам Бог дал первое тело. Это были всего лишь оболочки, по форме напоминающие камни. Но они помогли двум душам не умереть.

И Бог был счастлив. Он очень боялся за эти души и посеял в них такое огромное желание жить, какого в нашей вселенной нет больше ни у кого. Но он тогда и не понимал, какой огромной силой обладает. Он стал создавать новые и новые души из себя, из своей души. Души не знали, что им делать с данной им жизнью. Мир для них был также пуст, как для него, когда он только появился. Он дал им почувствовать пространство вокруг себя. Но этого было очень мало. Позже, спустя несколько сотен лет, он дал им примитивные ножки, что-то вроде щупалец. Глаза у них появились еще через большее количество лет. Сначала они впервые увидели свет. А потом и цвета. Цвета он намерено не создавал. Они просто получились. И, конечно, для него это было удивительно.

– Я тогда был совсем ребенком, уровень моего понимания был ниже, чем у бактерии. Но у меня уже были мои души, мои дети, я был невероятно горд собой. Наверное, в то время я себя чувствовал так, как должен себя чувствовать Бог – я казался себе вселюбящим, всезнающим, всеблагим и всемогущим. Я себе казался чудотворцем. Они чувствовали мое настроение, а оно тогда было очень хорошим. Им было легко и хорошо, – говорит Бог.

Его это вдохновило на то, чтобы создать еще один мир, а потом еще один. Он начал экспериментировать – то создавал среду, похожую на жидкость, то, наоборот, создал небо и землю. У него тогда не было плана насчет своих существ – он просто хотел посмотреть, какие условия для них лучше.

Молодой мир был беден на чувства. Это было тогда, когда даже вселенной не существовало – существовала его душа, в которой островком сидели души и видели каждый свое. Но позже он решил создавать картину мира не для группы душ, а не для каждого. Он разбил свои души по мирам.