Жил полярный капитан полностью

Среди выдающихся событий в истории освоения Арктики – и Челюскинская эпопея, и война в Арктике, и продлённая (а затем круглогодичная) навигация на Дудинку, и поход на Северный полюс. Обо всём этом написано в содержательных главах, в которых немало информации из первых уст.

Особую ценность представляет в этой книге глава 12, названная «Размышления о судьбе арктического судоходства». Это не просто записки, это, я сказал бы, думы крупного аналитика, профессионала высокого класса, настоящего патриота своей Родины. Герман Дмитриевич Бурков убежденно приходит к выводу, что «необходима долговременная, обеспечивающая преемственность национальная морская политика, ответственность за которую должно взять государство». С момента публикации книги прошло более четырех лет, и, кажется, время реализация этих пожеланий ветерана Арктики уже близко.

Любознательный человек и дотошный исследователь, Бурков не смог ограничиться отдельными, хотя и содержательными главами, посвященными крупным событиям в Арктике. Так появилась книга «Война в Арктике» (2011 г).

Мне довелось несколько раз слушать выступления Германа Дмитриевича на заседаниях Полярной секции Русского географического общества. В том числе и его рассказы о сражениях на краю земли, в ледовом море, вдалеке от основных событий Великой Отечественной войны. Как они были вдохновенны, окрашены личным чувством! Как его слушали…

В упомянутой ранее книге «В СТРАНЕ ТУМАНОВ…» Бурков пишет: «Детство для меня, как и для многих моих сверстников, закончилось 22 июня 1941 года – в день начала Великой Отечественной войны. Затем последовала эвакуация из Мурманска под бомбёжками фашистских самолётов, смертельно голодная зима 1941–1942 годов в Архангельске, работа учеником, а потом токарем на моторостроительном заводе в Архангельске, а позже – во Владивостоке, возвращение в ещё прифронтовой Мурманск и продолжение после длительного перерыва учёбы в школе».

А это значит, что войну он помнит не только по документам, которые он, видимо, изучал впоследствии, а самой крепкой памятью детства. И потом, уже находясь в ледовых плаваниях в тех местах, где разыгрывалась не одна из трагедий, связанная с судьбой морских конвоев, пиратских действий фашистских подлодок, страшных авиационных бомбардировок, кажется, видел это своими глазами. Во всяком случае – мне, читателю его описаний, так кажется.

Я побывал впервые на Диксоне почти 30 лет спустя после событий, связанных с приходом в этот район вражеского линкора «Адмирал Шеер». История героической эпопеи «полярного «Варяга» – парохода «Сибиряков», поединка защитников Диксона с вражеским пиратом широко известна и изложена в многочисленных публикациях. Мне довелось встречаться с некоторыми участниками обороны Диксона, которые ещё жили тогда в арктическом посёлке, и потому, я думаю, моё восприятие этих событий глубже, рельефней, трагичней. Что же тогда говорить о том, что переживал и чувствовал, излагая эту историю письменно и перед аудиторией Герман Дмитриевич, у которого на слуху и в сердце осталось все это, услышанное еще в 1942 году…

Каждое географическое название, связанное с войной в Арктике, для человека, знакомого с этим районом страны нашей – не просто точка на карте или страница в книге. Вот я читаю у Буркова: «Для координации действий и наведения подводных лодок фашисты создали на острове Вардропер радиостанцию, которая, находясь в центре района с интенсивным судоходством, явилась причиной многих неприятностей. Следы её пребывания там были обнаружены только после окончания войны».

А я был на этом острове: на гидрографическом судне «Валериан Альбанов» Игарской гидробазы мы прибыли туда для обслуживания маяка, работающего на радиоактивном источнике. Тогда это была страшная государственная тайна.