Я начала опасаться за психику лучшей подруги.
– Ты уверена, что адрес правильный? – спросила Кайли, наконец-таки выбравшись из пикапа. Она вытерла руки, а потом взглянула на дом.
– Да, уверена. – Я кивнула, открыв калитку, и направилась к крыльцу.
– Правда?
Прежде чем я успела поставить ногу на крыльцо, из дома с южной прытью вылетела моя мама.
– Пэйтон Миллер, что, во имя всего святого, ты здесь делаешь?! – улыбнулась она, сжав меня, как всегда, в слишком крепких объятиях. Стоило мне лишь прижаться к ней, как глаза наполнились слезами. – Дай же мне на тебя посмотреть!
Положив ладони мне на плечи, мама отстранилась и окинула меня взглядом. Можно было подумать, что мы не виделись лет десять, хотя прошёл всего год. Но и это оказалось чересчур долго.
Моя мама была красавицей с длинными светлыми волосами, которые всегда собирала в пучок на макушке. Она говорила, что завязывает их так, чтобы не подпалить у плиты. Джулианна Миллер была из тех, кто до маниакальности любил потчевать всех своей едой. Едва вы переступите порог этого дома, вас так откормят, что уже невмоготу будет встать из-за стола. Мама постоянно бы твердила, что вам нужно нарастить на косточки немного мясца, потому что мужчинам нравятся пышнотелые южные красавицы, а не обтянутые кожей скелеты.
Я посмотрела на маму. Лицо у неё немного округлилось, черты смягчились. Она старела, но делала это красиво и с достоинством. И это ей очень шло.
– Я скучала по тебе, деточка. – Она снова меня обняла, а потом заметила позади меня Кайли. – И кто это тут у нас здесь? Это Кайли?
Отпустив меня, она стремительно метнулась к моей подруге и стиснула её в любящих объятиях. Глаза Кайли расширились. Улыбнувшись, она обняла мою маму в ответ.
– Я очень рада наконец познакомиться с вами, миссис Миллер, – тепло ответила Кайли, когда мать разжала удушающие объятия.
– Ох, милая. Миссис Миллер – это моя свекровь. Упокой, Господи, её душу. Можешь звать меня Джулианной, – сказала она со своим обычным южным акцентом. – Что ж, заходите. Не стойте в дверях. Я приготовила сладкий чай и булочки с подливкой. – Она повернулась к моей подруге. – Мой секретный рецепт.
Мама вошла в дом, а Кайли придвинулась ко мне и прошептала:
– Что это за булочки такие с подливкой?
– Ох, Кайли, добро пожаловать на Юг. – Улыбнувшись, я обняла подругу за плечи и повела в дом.
С момента моего отъезда он совершенно не изменился. Все стены были увешаны семейными фотографиями, одни снимки мне очень нравились, а другие – хотелось сжечь. Стоило войти в кухню, как меня окружил аромат свежеиспечённых булочек, и я мгновенно почувствовала, что оказалась дома.
– Мама, как вкусно пахнет, – застонала я, у меня потекли слюнки.
– О боже! – воскликнула Кайли, едва войдя в маленькую кухню. – Во-первых, пахнет просто изумительно! А во-вторых, Пэйтон, твой акцент вернулся!
– Кайли Джексон! – Повернувшись, мама указала на неё деревянной ложкой. – Не поминай имя Господа всуе. – Она усмехнулась ей и подмигнула. – Только после шести и когда начинается игра.
Я рассмеялась. Кайли выглядела так, словно сказанное мамой стало для неё неким откровением. В церкви мама была активной прихожанкой, но в собственном доме не всегда следовала Священному Писанию. Особенно, во время игры.
– Или когда папа выпьет бурбон и начинает петь гимн США… задом наперёд, – добавила я.
– Боже, помилуй, – рассмеялась мама. – Тебе не стоит этого видеть.
– Не волнуйся, когда папа начнёт раздеваться, мама его сразу же остановит, – захихикала я.
Бедная Кайли выглядела так, словно сейчас грохнется в обморок. Она смотрела на меня в полной растерянности, словно не верила, что такое место и такие люди вообще существуют.
– Дорогая, мы так шутим, – сказала мама, поливая булочки подливкой. – Чаще всего.
Мы с Кайли рассмеялись. Моя мама – настоящий спец в том, как разрядить обстановку. В столовой мы уселись за стол, и, к моему величайшему удивлению, подруга вмиг проглотила свою порцию булочки с подливкой и была готова попросить добавку. Вряд ли у неё останется место для сладкого чая.
– Так на сколько ты приехала, милая? – спросила мама, с улыбкой передав Кайли тарелку с новой порцией лакомства. – Ты же знаешь, что можешь остаться в свободной спальне?
– Мы уедем в понедельник. Спасибо за предложение, мам, но мы сняли номер в гостинице. – Я улыбнулась, заметив недовольное выражение маминого лица.
– Ведь знаешь, как мне не нравится, когда ты останавливаешься в гостиничных номерах. Там снимают комнаты какие-то странные типы, – заметила она, взмахнув вилкой.
– Это пятизвёздочная гостиница, миссис Мил… то есть, Джулианна, – ответила Кайли, уплетая булочку за обе щеки.
– Что ж, если передумаешь, то знаешь, где находится комната.
– Спасибо, мам. – Я улыбнулась.
Вдруг хлопнула входная дверь. Повернувшись, я увидела, как в прихожей папа снимает ботинки. Я встала и рванула к нему.
– Что, во им… Ох! – Отец рассмеялся, когда я бросилась в его объятия и чуть не сбила с ног. – Так, так, так, неужто это крутая городская девчонка!
– Привет, папочка, – улыбнулась я, крепче его обнимая.