– Да.
– Но сначала вам нужны публичные слушания?
– Да.
– Которые займут три месяца?
– Да.
– А можно без них обойтись?
– Нет, – начальник управления строительства Лобанов убедительно корчил сочувственное лицо.
– Сейчас октябрь на исходе. Люди могли бы получить ключи от квартир до Нового года, а теперь – в лучшем случае к марту! – Саша попробовал давить на жалость.
Произошло невозможное: Лобанов умудрился ещё сильнее скукситься и закивал, рискуя уронить слёзы, заполнившие глаза. Саша растерялся. Он не представлял себе, как вести разговор с плачущим мужчиной, и молча протянул пропуск. Лобанов, совладав с чувствами, проставил время выхода посетителя и подписал. На столе начальника лежали вампирские клыки. Заметив Сашин взгляд, хозяин стыдливо прибрал их в ящик.
«Идиоты, – злился Саша, покидая кабинет. – Детский сад, чёрт знает, что творится. Интересно, этому Ямов заносил бутылочку за наш счёт?»
– Александр Сергеевич! – Лобанов ни с того ни с сего догнал Сашу уже на лестнице. – Я вижу, вы деловой человек…
Ничего хорошего такое начало деловому человеку не обещает. «Это новая вариация прокурорского калькулятора?» – подумал Саша. Лобанов примолк, пропуская каких-то женщин в ведьминых шляпах, и снова начал заговорщицким шёпотом:
– Мы набираем команду молодых амбициозных предпринимателей в проект мирового масштаба, и если вам это интересно, то…
Саша посмотрел на Лобанова как на извращенца.
– Амвэй, что ли?
– А вы уже что-то знаете об Амвэе? – сконфузился Лобанов. Саша поднял глаза к потолку и молча удалился.
Уже неделю Попов обивал пороги мэрии. По всему выходило, что сдача дома откладывается на три месяца. Все всё понимают, но сделать ничего не могут. Да и не хотят. Это означало, что договорные обязательства перед дольщиками будут нарушены, спасибо Ямову.
Впрочем, сам Ямов смотрел на всё иначе:
– Это был ваш вопрос, Александр Сергеевич, и вы за ним не уследили. Ко мне какие претензии?
– Ты вообще уже вкрай охренел? – поинтересовался Саша.
– Чтоб отследить эту идиотскую ошибку, надо мыслить как идиот. И у нас в компании только вы, Автоном Викторинович, обладаете этим даром, – заметил Филипп. На этом разговор зашёл в тупик.
Ямов подсчитал, что все вместе дольщики могут при желании отсудить у застройщика три миллиона рублей. Эти данные он поспешил доложить Алисе в своей интерпретации с указанием предполагаемого виновного.
– Конечно, вы совершили ошибку, раз сместили меня с этих вопросов, – рисовался он. – Однако я не держу зла и могу помочь, чем смогу.
Далее Ямов наобум перечислял различные ветви и органы власти, дескать, ищите и обрящете. На этом его помощь заканчивалась.
– Мужчина, да-да, с ребёночком! Вы в этом доме проживаете? Не уходите, пожалуйста! Тут в одиннадцать часов надо будет спасибо сказать…
Очень активная женщина намертво вцепилась в прохожего мужчину с усами как у Петра Великого.
– В вашем дворе сделан ремонт благоустройства! Будет телевидение, надо поблагодарить депутата. Вы же хотите ещё детскую площадку?
Прохожий и сам живо заинтересовался происходящим, если не сказать возмутился, и начал задавать неудобные вопросы:
– Извините, а за что же благодарить? При чём тут депутат? Это бюджетные средства. Благодарить за то, что он не присвоил эти деньги?!
– Это очень хорошо, это прекрасно! – не слушая, отвечала женщина. – Вам есть что сказать! Стойте здесь, не уходите!
Она зафиксировала мужчину возле себя, глянула на часы и гаркнула на весь свежеотремонтированный двор:
– Готовность номер один!
Ветхий пазик распахнул двери, и двор заполнился массовкой. Из автобусного чрева вышли сморщенные, но боевые старухи и выстроились шеренгой. Следом выпрыгнули студенты в синих партийных дождевиках, встали кучкой, запарили вейпами и уткнулись в смартфоны. Корреспондент с оператором настраивались. Карманный блогер направился щёлкать зеркалкой направо и налево. Поп сидел начеку за рулём «лендровера», но пока не выходил.
Всё уже затомилось, и вдруг во двор к электорату вихрем ворвалась народный депутат Елена Матвеевна Четверыгина. В распахнутом пальто, с ярко-алым бантом на шее, пешком, по-простому. Чёрный джип с заведённым двигателем спрятался за углом. Избранница по грудь вошла в толпу старух и очень смешно пошутила:
– Ну что, девчонки, попки тут не отморозили?
– И-и-ха-ха-ха, – весело засмеялись старухи беззубыми ртами. Тем временем усатый мужчина, робея, двинулся к депутатскому телу:
– Уважаемая Елена Матвеевна! Разрешите к вам вопрос…
Депутат развернулась корпусом и заинтересованно вскинула брови. Она вся внимание, она на одной ноге с народом. Но вдруг Елена Матвеевна с досадой схватилась за карман пальто. С виноватой улыбкой она вытащила телефон и прислонила его к уху. Елена Матвеевна так учтиво и многозначительно подняла вверх оттопыренный пальчик, что усатый мужчина машинально отступил. Опытная сенатор технично ускользнула от каверзных усов к камерам.
