Жить из основы Бытия полностью

А: Ах да! Я это вижу. Это вроде как часть этой пустоты.

Б: Верно. Теперь медленно поднесите картонку ближе и наблюдайте за тем, что происходит.

А: Хорошо… Я уже вижу большую часть комнаты. Я вижу, что пустое пространство в картонке увеличивается, и в этом пространстве я вижу всё большую и большую часть комнаты.

Б: Совершенно верно. Теперь — медленно — поднесите картонку совсем близко к лицу и наденьте её, внимательно наблюдая за пространством.

А: (Медленно придвигает картонку, пока наконец его лицо не проходит в отверстие.) Как странно! Я видел пространство и всё большую и большую часть комнаты в нём, и вдруг как будто бы я надел это пространство на себя, а заодно и всю комнату!

Б: Поэтому вы не просто пустота, а до отказа заполнены всем, что находится и происходит вокруг. Есть знаменитая буддийская сутра, описывающая пустоту как форму и форму как пустоту, и теперь вы на собственном опыте знаете, что это такое. Это то, что вы есть, — пробуждённое вместилище для мира, а также, когда вы смотрите вниз, и для этого тела, внутри которого, как вы думали, вы находитесь.

А: (Снимает картонку и смотрит вниз.) О Боже, оно во мне! (Смеётся.)

Б: Да! Так же, как и комната. Так же, как и всё остальное! Вы — пустое пространство для всей Вселенной, которая — Ваше проявление. Однако давайте проясним разницу между Тем, Кто Вы на самом деле, и личностью тела-ума, которой вы, как когда-то думали, были — ради краткости назовём их «Большой» и «маленький». Вы начинали как «маленький», когда придвигали картонку, внимательно наблюдая за пустым пространством и всей той окружающей обстановкой, которая в нём появилась. Затем, когда вы надели картонку, то вы надели и пространство, и обстановку, которая его наполняла; вы стали этим пустым пространством, наполненным обстановкой. Это и есть «Большой», тот, которым, как вы видите, являетесь, оттуда, где вы находитесь в качестве Первого-лица-Единственного-числа, в настоящем времени. Чтобы подтвердить это, наденьте картонку так, как вы делали это раньше, медленно, наблюдая за пустым пространством.

А: (Вытягивает картонку вперёд, как раньше.)

Б: (Держит перед А. зеркало.) Теперь посмотрите в зеркало. Это — «маленький». Это тот, кого вижу я и кого видят все остальные в этом мире, этот непрозрачный, плотный, феноменальный индивид в третьем лице, с чертами лица, которые определяют вас как того-то и того-то. Это тот человек, которого все мы считали вами, и есть он и, конечно, у вас не было другого выбора, кроме как поверить в это. И было естественно и даже необходимо, что вы это сделали как часть своего развития. Однако по сути это никогда не было правдой. «Маленький» никогда не может быть ничем иным, кроме как предметом, отражением, тем, что мы называем человеческим индивидом, и, как таковой, он лишь один из более шести миллиардов других человеческих существ на планете и всего лишь пылинка в Солнечной системе, не говоря уже о Вселенной. К тому же «маленький» ничего не может сделать. А как он может? Он ведь отражение! Ранее я говорил, что это Вы — источник мира, и чтобы не совершить фатальную ошибку — чтобы не думать, что вы являетесь этим источником в качестве «маленького», — посмотрите, где он находится, там, в зеркале, где его и видит «Большой»! Вы никогда не являетесь чем-либо в качестве «маленького», и уж тем более этот «маленький» не источник всего сущего. Только в качестве Того, Кто Вы на самом деле, Вы — Ничто, до отказа наполненное Всем; тот Никто, который есть Всё.

А: Пустота-Наполненность. Пустота, которая есть форма, и форма, которая есть пустота.

Б: Да, и даже не так. Давайте просто скажем, что это Осознавание.

Я вырос в хорошем доме в тихом районе Филадельфии в нескольких кварталах от частной школы, в которую меня отправили родители. По соседству жило семейство Келли, родственники Грейс Келли. Мой отец любил упомянуть об этом в качестве вступления к анекдоту, который он рассказывал на вечеринках и который я давно уже как позабыл. Я был единственным ребёнком. У нас были собака, кошка и кролик по имени Баббит. Однако мне очень хотелось иметь братика или сестрёнку, чтобы было с кем играть; кого-то, с кем можно было бы делиться игрушками — и также, возможно, с кем можно было бы разделить бремя «единственности», необходимости делать всё «как надо».