Анастасия Сергеевна любит смотреть бразильские и мексиканские сериалы. Она назвала свою внучку Марианной в честь героини любимого фильма. Бабушка не подозревала, что на долю её внучки выпадут события страшнее и опаснее чем в любом сериале.
Действующие лица:
Марианна – бабушка назвала по любимому сериалу «Богатые тоже плачут», студентка первого курса, после окончания школы;
Света – студентка 2 курса, подруга Марианны, из одной деревни;
Валера – поступил учиться после службы в армии, служил в спецназе, год до поступления в институт работал тренером по единоборствам, племянник Екатерины Дмитриевны;
Денис – сын Николая Андреевича и Екатерины Дмитриевны, студент 1 курса, после окончания школы.
Надя – студентка 1 курса, после окончания школы, приехала из посёлка;
Фаина – студентка 1 курса;
Катя – студентка 1 курса;
Андрей – студент 1 курса;
Славик – студент 1 курса;
Кирилл – студент 1 курса, после службы в армии;
Дима – деревенский парень, влюблён в Марианну, работает в автосервисе у дяди;
Анастасия Сергеевна – бабушка Марианны, живёт для внучки, обожает бразильские, мексиканские сериалы;
Александра Ивановна – соседка Анастасии Сергеевны;
Мать Нади;
Николай Андреевич – отец Дениса, директор крупного банка;
Екатерина Дмитриевна – мать Дениса, владелица сети салонов красоты;
Вадим – владелец базы отдыха с интимными услугами для солидных клиентов;
Бульдог – крепкий парень, его охранник;
Комендант общежития;
Старший следователь;
Младший следователь;
Студенты.
Красные «Жигули» шестой модели мчались по асфальтовой дороге. Берёзы по обочинам сливались для водителя в зелёную полосу. Серое полотно дороги, нагретое жаркими лучами солнца, расплывалось перед глазами. Машина не притормаживала на поворотах, крутых спусках.
Женщина на заднем сидении «Жигулей» громко стонала, положив ладони на большой живот.
– Андрей, я рожаю! – кричала женщина.
– Потерпи ещё десять километров, – уговаривал мужчина, зорко смотрящий на дорогу. При такой скорости даже маленькая выбоина грозила бедой.
– Я же говорил – давай не поедем.
– До срока ещё десять дней… Мама! Я думала – успеем съездить. Мама!
– Дорогая, ещё пять минут.
– Анастасия Сергеевна, – обратился мужчина лет шестидесяти в больших роговых очках к женщине в белом халате. – Медсестра Ольга болеет, у неё высокая температура. Вы сегодня одна дежурите.
– Не беспокойтесь, Сергей Владимирович, идите домой. Вы вчера всю ночь принимали роды в районном центре. И я принимаю роды двадцать лет. Ближайшая роженица через два месяца. Моя дочка.
– Как у неё самочувствие? – доктор снял очки и протёр линзы платком.
– Переживает сильно. Вы же знаете, муж её неделю назад на машине разбился. Похоронили только. Вы идите. Не переживайте.
– Звоните, если что.
– Позвоню. Только чего будет-то? В отделении пусто. Молодёжь вся в город уехала, скоро рожать некому будет. Одни старики останутся.
– Какое у нас число сегодня? – спросил доктор.
– Восемнадцатое июля, – напомнила Анастасия Сергеевна.
– Если я не ошибаюсь, у Вас через три дня день рождения
– Сорок два года.
– Посидим, отметим. Я в центре хорошего коньяка купил. Ну, я пошёл.
– Идите.
Доктор ушёл. Анастасия Сергеевна вскипятила чайник. Налила кипятка в кружку, опустила чайный пакетик, положила кусочек сахара, хотела положить второй, но передумала. Села на старый диванчик со скрипучими пружинами и включила телевизор. Показывали индийский фильм. Краем глаза увидела на окне красные отблески закатного солнца.
«Завтра будет сильный ветер, – подумала Анастасия Сергеевна. – Закат красный. Может прохладу принесёт, дождь. Земля в огороде вся высохла, потрескалась, ничего не вырастит. Надо Лидочке позвонить, как она там?»
Анастасия Сергеевна подняла трубку старого зелёного телефона, обмотанного скотчем, покрутила диск. Прислушалась.
– Опять телефон отключили. Столб упал или провода спёрли, – вздохнула женщина. – Зарплату полгода не платят. Как Союз распался, Верховный Совет из танков расстреляли, так всё рушиться начало, разваливаться.
Сквозь голоса в телевизоре Анастасия Сергеевна услышала скрип крыльца и повернулась к двери, удивлённо приподняв брови: «Кто ж пришёл? Только б не Шура – заговорит, не даст кино помотреть».
Дверь акушерского отделения резко отворилась и, держась за большой живот, в коридор ввалилась молодая женщина в зелёном халате.
– Мама! Мне плохо! – крикнула она. Упала на колени.
Анастасия Сергеевна бросилась к дочери, подняла.
– Лидочка, что с тобой?!
– Мама! Больно! Больно. Низ живота…
– Как так, на два месяца раньше?
Анастасия Сергеевна отвела дочь в палату, осмотрела и бросилась к телефону. Телефон молчал. Хотела бежать за доктором, но дочь сильно закричала, заметалась на кровати. Хлынула кровь. Девушка дёрнулась, захрипела, порывисто задышала, хватая воздух широко открытым ртом…
К одноэтажному зданию акушерского отделения подъехали красные «Жигули». Взвизгнув тормозами, резко остановились. Колёса вырвали из сухой земли клочки жухлой травы. Из машины выскочил мужчина и громко застучал в дверь. Дверь открылась и на крыльцо вышла женщина в белом халате. Увидев её, мужчина отшатнулся. Напугали его серое, в глубоких морщинах лицо женщины, её тёмные, заплаканные глаза с покрасневшими белками, белый халат в крови.
