Моше Даян умер от рака 18 числа месяца «тишрей» (16 октября 1981 года) в возрасте 66 лет. Государственный секретарь США Генри Киссинджер написал:«Война была призванием Даяна, мир — его стремлением…»«Много время не потрачу,четверть часа, не иначе,Так что голод свой собачийводочкой уймёшь как раз.Постараюсь рассказать явсё, что было, без прикрас,Правда будет в самый раз».Моше Даян
Моше Даян — представитель поколения «сабра», военачальник, принесший Израилю победы в войнах 1956 и 1967 годов. Впрочем, старшее поколение израильтян помнит и его успехи в первой арабо-израильской войне в 1948 году (израильтяне называют ее «Войной за независимость»). Он известен как хладнокровный, решительный руководитель, упорно отстаивавший свои взгляды, мужественный и жесткий воин. Но на самом деле — это человек сложный, не однозначный, знавший взлеты и падения.
Родители Даяна были в числе первых переселенцев из Восточной Европы. Отец — Шмуэль Даян (Китайгородский) приехал в Палестину в 1908 году. В 1911-м он стал наемным рабочим на общественной ферме (киббуце) Дгания, основанной двумя годами раньше на южной оконечности Галилейского моря. Это был первый киббуц в Эрец-Исраэль, насчитывавший в то время 11 человек. Позднее Шмуэль Даян стал одним из лидеров партии МАПАЙ, депутатом Кнессета (парламента) 1–3 созывов.
Мать Даяна — Дебора (в девичестве Затуловская) прибыла в Палестину из России с рекомендательным письмом к одному из членов Дгании. Но она была столь привлекательной и образованной девушкой (позднее стала одной из руководительниц женского рабочего движения в Палестине), что в киббуце оказалась не ко двору. Ей вернули заявление о членстве, и она нашла работу в другом поселении.
В 1915 году Дебора вышла замуж за Шмуэля Даяна. И только после свадьбы пара была принята в Дганию, где в том же году родился Моше. Он был первым ребенком, появившимся на свет в этом первом израильском киббуце.
Говорят, что от отца Моше, который в детстве был болезненным мальчиком, унаследовал скрытный, замкнутый характер. А от матери, сильной и яркой личности, наделенной недюжинным умом, он приобрел значительную часть своих интеллектуальных качеств.
В 1921 году Шмуэль Даян был одним из небольшой группы энтузиастов, организовавшей новое поселение Нахалал. Они отказались от строгого коллективизма киббуца, и Нахалал стал первым экспериментальным «мошавом» — деревней, где каждая семья имела собственный дом и небольшой подсобный участок, а основная часть хозяйства была кооперативной.
Детство Моше было нерадостным. В Дгании, а затем в Нахалале поселенцы боролись с бедностью, убогими условиями жизни, жарой и болезнями, в основном малярией и трахомой. Отец постоянно отсутствовал, занимался делами движения «мошавов», Партии труда и Гистадрута (Всеобщая федерация еврейских трудящихся). Мать была вынуждена выполнять тяжелую работу на ферме и растить трех детей — Моше, его сестру Авиву и младшего брата Зохара, убитого во время Войны за независимость.
С детства Моше должен был помогать по хозяйству и одновременно посещать сельскую школу. В эти годы он познакомился с арабами из близлежащих деревень, подружился с ними, научился разговорному арабскому языку и, как считали многие, «мог думать, как араб».
Проходя двухгодичный курс обучения в сельскохозяйственной школе, созданной в Нахалале Всемирной сионистской организацией, он встретил свою будущую жену — одноклассницу Рут Шварц, дочь преуспевающего адвоката из Иерусалима, которая была на два года моложе его. Впрочем, прежде чем пожениться, они провели одну «операцию», в ходе которой 19-летний Моше показал, что способен на благородные поступки. По просьбе Рут он оформил фиктивный брак с ее подругой — еврейской девушкой-беженкой из Германии. Цель «операции» состояла в том, чтобы дать ей возможность получить палестинский паспорт и тем самым предотвратить ее высылку из Палестины обратно в Германию.
Год спустя «брак» был расторгнут. Рут и Моше поженились. Ее родители устроили для них поездку в Англию, чтобы будущий генерал мог учиться в Лондонской академии и посмотреть мир. Однако затея оказалась неудачной. Моше плохо знал английский, ему было трудно устанавливать контакты, не нравились климат и непривычная одежда: пиджак, галстук и ботинки вместо сандалий.
Через несколько месяцев молодожены вернулись в Палестину. Именно в это время началось арабское восстание 1936–1939 годов.
Еще подростком Даян стал активным членом Хаганы (в переводе с иврита — «оборона») — еврейских вооруженных отрядов в период действия в Палестине британского мандата. В 12 лет он умел обращаться с винтовкой, участвовал в охране поселений от набегов бедуинов, в четырнадцать — ходил в ночные дозоры.
В то время у Хаганы были сложные отношения с английскими мандатными властями. Она представляла собой нелегальное, подпольное вооруженное формирование, хотя его члены вместе с англичанами противостояли арабам во время восстания. Даян служил в специальных еврейских охранных подразделениях, взаимодействовавших с английскими патрулями вдоль жизненно важного нефтепровода иракской компании, который проходил через Палестину к нефтеперегонным заводам Хайфы.
