Однако от стабильности Африки зависит безопасность Европы. Возможно, те, кто мыслит будущее только в границах Европы, сочтут это утверждение лишь маскировкой наивного благодушия. Но это не так. В современном мире ни один континент не может представлять себя изолированным от других. Безопасность Америки тоже зависит от Ближнего Востока. Европа не может считать себя изолированной, она по природе своей проницаемая и имеет многочисленные связи. Не будет мира Европе, если нет мира у Африки.
Нужно дерзновение долгосрочного видения, способного увидеть ценность общей истории и множества связующих нитей. Для Европы Африка — 1,8 % ее международной торговли и 1 % зарубежных инвестиций. Президент Республики Италия Карло Адзе- лио Чампи (Carlo Azeglio Ciampi) по случаю Дня Африки 2001 года заявил: «Перед нами стоит эпохальная задача: прочно и на долгие годы связать будущее Африки с Европой». Итальянская политика не услышала этих слов. В Великобритании, стране, переосмыслившей свое положение в Африке, премьер-министр Блэр (Blair) учредил министерство международного сотрудничества и объявил Африку главной темой встречи Большой Восьмерки в Лондоне в июле 2005 года, омраченной лондонскими терактами. Стремление связать Африку и Европу выражает одновременно нравственность политики и реализм взгляда в будущее.
После войны, в 1948 году, великий французский мыслитель Эммануэль Мунье (Emmanuel Mounier), писал молодым африканцам: «Евроафриканская цивилизация, пионерами которой вы являетесь, не обрела еще своих структур…». Можно ли говорить о ев- роафриканском мире? Еврафрика может стать тем горизонтом, в котором европейцы и африканцы смотрят в будущее. Геополитика уже говорила о Еврафрике. В 1934 году о ней писал, в перспективе фашистского экспансионизма, Паоло д'Агостино Орсини ди Камерота (Paolo d'Agostino Orsini di Camerota). Он же в 1957 году пересмотрел свои представления, исходя из Римского договора о создании ЕЭС (Европейского Экономического Сообщества), которое считал евроафриканским, поскольку оно включало в себя различные регионы Африки. Антон Цишка (Anton Zischka) в книге под названием «Африка» в пятидесятые годы называл работу для этого континента «первой единой задачей Европы».
Впрочем, Европейское Сообщество с самого начала ясно ставило перед собой проблему Африки. Де Голль (De Gaulle), выступавший за создание франко-африканского сообщества, выдвинул идею Еврафрики по-французски, введя африканских представителей во французские государственные учреждения. Но его постройка рухнула под напором духа независимости и из-за слабого желания французов делить власть с африканцами. Когда сегодня говорят о Еврафрике, речь не о том, чтобы копаться в старых построениях, но об общем пространстве, где европейские и африканские страны были бы связаны в единую систему. Вчера для этого не хватало свободы — у африканских стран, естественно — сегодня она есть.
Однако, говоря о Еврафрике, я имею в виду не политическую постройку, но взгляд и систему, где было бы место для различных европейских и африканских национальных идентичностей. Еврафри- ка призвана быть не только политикой, но и совокупностью идей и чувств двух континентов, открывающих свою близость. Президент Сенегала Леопольд Сенгор (Senghor) выдвинул идею Евраф- рики в те же годы, что и Мунье.
Сенгор, поэт и литератор, а не только политик, автор идеи негри- тюд — типичное выражение метисации франко-европейской и африканской культуры. Он писал о Еврафрике в поэтических тонах: «Два континента противоположны, как мужчина и женщина, и потому дополняют друг друга». Для него Еврафрика воплощалась прежде всего в культуре. Вообще африканские писатели — и это явное проявление метисации — пишут на европейских языках, на которых только с 1988 по 1996 год было написано 1.500 новых произведений африканской литературы.
В наше время, когда в мире господствует экономика, а в Африке умирают от голода, темы эти могут показаться лирикой. Но они напоминают о том чувстве общности, в котором нуждаются люди. В нем нуждаются европейцы, задумывающиеся о смысле и роли своих стран.
Еврафрика придает достойную взаимность интересу африканцев к Европе. Она предлагает перспективу для осмысления эмиграции и сотрудничества. Нужно не только принимать конкретные политические решения, но и развивать евроафриканский взгляд и чувства. Африка должна занять прочное место в сфере европейских интересов, не с империалистической точки зрения (на это сейчас нет ни сил, ни желания), но в перспективе привлечения интереса политики и общества. Поэтому представляется необходимым развивать отношения между обществами, помогать, содействовать перемещениям ресурсов.
Европа без гегемонии одной нации и Африка без гегемонии колониальных держав движутся навстречу друг другу. Африка может поддержать и демографическое будущее Европы, потому что старый континент (именно по причине своего старения) начинает осознавать, что будущее его зависит от числа жителей. Африка для Европы, как Латинская Америка для Северной Америки?
