Истребители активности не проявляли. Патрулирование происходило на исходе дня. Надеясь на бездействие истребителей противника, мы ослабили осмотрительность, и лишь удар сзади дал мне знать, что я атакован.
Оглянувшись, я увидел пару Me-109, которая выходила из атаки. Мой самолет загорелся, и мне пришлось оставить его, выпрыгнув с парашютом.
В последующем оказалось, что моя группа также увидела эту пару Me-109 только после того, как я был сбит.
В чем же причина того, что я был сбит без боя? Очевидно, что недопустимое ослабление внимания, отсутствие осмотрительности у меня и всей нашей группы позволили противнику атаковать самолет внезапно.
Отсюда вывод: если не видишь противника, не считай, что его нет. Считай, что он всегда есть, но ты его не обнаружил.
Мы знаем целый ряд случаев, когда наши самолеты были атакованы и сбиты истребителями противника уже над своей территорией, при производстве посадки на аэродром.
Я считаю, что каждый командир, обучая летчика-истребителя, наряду с отработкой техники пилотирования должен больше обращать внимания на развитие осмотрительности.
Летный состав должен твердо помнить, что даже наличие новейших радиолокационных средств обнаружения, устанавливаемых на самолетах-истребителях, ни в коей мере не исключает, а лишь дополняет непрерывное наблюдение за воздухом. Отличная осмотрительность значительно сокращает ничем не оправдываемые потери летного состава и материальной части».
«Когда я летел обратно на фронт, — вспоминал Аркадий Федорович, — я думал о том, что я буду рассказывать своим друзьям?»
Для него это оказалось самым тяжелым воспоминанием о той командировке в Москву, иначе он не поведал бы мне эту историю в очередную годовщину Великой Победы.
К сожалению, я забыл спросить генерала, не хотелось ли ему тогда достать пистолет? Помните «Отпуск по ранению» В. Кондратьева, когда лейтенант Володька попадает в московский ресторан, все тех же военных лет: «Несовместимость этого с тем, что все еще стояло перед внутренним взором, — изрытого воронками поля, шатающихся от усталости и голода бойцов в грязных шинелях, бродящих от шалаша к шалашу в поисках щепотки махры, вони от тухлой конины, незахороненных трупов, — 81 была так разительна, так неправдоподобна, так чудовищна, что у Володьки рука невольно полезла в задний карман бридж — ему захотелось вытащить “вальтер” и начать палить по всему этому великолепию — по люстрам, по стеклам, по этому вишневому ковру, чтоб продырявить его пулями, услышать звон битого стекла… Только это, наверное, смогло бы успокоить его сейчас, но Сергей, внимательно наблюдавший за ним, взял его под руку…
— Пойдем… Сейчас выпьешь, и все пройдет…»
Нет, Аркадию Федоровичу не хотелось достать свой пистолет. Я это знаю. Он был слишком сильным и выдержанным человеком. Однако внутри он переживал эту картину всю жизнь. И там, на фронте, в своем гвардейском полку асов, он не рассказал эту историю. Почему? А вы подумайте…
Автором использованы отдельные факты и эпизоды из следующих источников:
1.
2. Военная одежда Вооруженных сил СССР и России (1917— 1990-е годы). М., 1999.
3. История Москвы в годы Великой Отечественной войны и в послевоенный период (1941–1965). Культурная жизнь Москвы в годы войны. М., 1967.
4.
5.
6.
7. Сто сталинских соколов. М., 2005.
8.
9.
10.
11. ДАМО. Ф. 33. Оп. 793756. Д. 21. Л. 65, 65 об., 66.
Избинский Иван Иванович родился в 1915 году в городе Николаеве. В Красной Армии с 1935 года. Выпускник Каминской военной авиационной школы летчиков. До начала войны проходил службу в строевых частях ВВС. С августа 1941 года в действующей армии.
По воспоминаниям генерал-лейтенанта авиации С.Ф. Долгушина, в самом начале войны Ивана Избинского судили за то, что он в Воронеже «коменданту города ухо отгрыз по пьянке». Другие источники указывают: Избинский был осужден условно на 8 лет «за поступки, дискредитирующие звание военнослужащего». Однако в боях искупил свою вину, и судимость была снята…
434-й истребительный авиационный полк, в котором начал свою боевую работу лейтенант Избинский, был сформирован 20 июля 1941 г. на базе второго запасного авиационного полка. Место дислокации — станция Сейма Горьковской области. Новая часть была укомплектована летчиками и техниками расформированных частей, уже побывавшими в боях и направленными на переформирование.
