А жаль! Просмотрев тогда письма (в основном отцовские), мы бы намного лучше узнали о прожитой большой жизни родителей, их радостях и заботах, об их отношении друг к другу, которые являют собой истинный пример для подражания в отношениях между любимыми. Из писем мы получили потрясающее подтверждение тому, какое верное и любящее сердце билось под гимнастеркой боевого командира в суровые годы войны, а тем более после Победы. Как молодые сердца, несмотря на все невзгоды, жаждали любви и маленького мира на двоих, как стремились друг к другу, хотя и не так часты были их встречи, да и порой не знали они – будет ли следующая встреча… Смерть постоянно витала над ними, вырывая из строя их друзей и близких, и, может быть, именно поэтому такой яркой была их любовь, которую смогли они вместе пронести до конца дней своих. О таком крепком тыле, как была матушка для отца, и о такой крепкой опоре, как отец был для матушки, могут мечтать любой мужчина, любая женщина…
Теперь эти заветные письма, которым доверены тайны двух любящих сердец, бережно хранятся в надежном месте в домашнем Кабинете-музее В.Ф. Маргелова. То, чем авторы книги сочли возможным поделиться из писем с читателями, с душевным трепетом приведено в последующих строках. Мы приглашаем наших дорогих читателей прикоснуться через призму тех, часто в несколько строчек, писем к трудной и благородной судьбе случайно встретившихся (или не случайно сведенных Божьим промыслом). Это случилось в самом начале огненного горнила Великой Отечественной, под Ленинградом. Они были настоящими героями нашего Великого Русского народа, закалившими свои чувства в огне, в кровавых боях и самоотверженном труде во имя высшей цели – независимости сильной России!
Из всей переписки сохранилось лишь одно письмо матушки своему будущему мужу (а они поженились на фронте 9 декабря 1943 года, перед Днепровской битвой). Анна Куракина отправила его на Ленинградском фронте 23 февраля 1942 года командиру 218-го стрелкового полка 80-й стрелковой дивизии майору Василию Маргелову. Она поздравляла его с 24-й годовщиной Красной Армии и выражала надежду, что “еще много славных годовщин Красной Армии мы будем отмечать вместе”. А ее пожелание “пусть наши любовь и дружба, возникшие в борьбе с фашистами, растут и крепнут и после победы над подлой немчурой” оказалось пророческим – они прошли рука об руку всю свою яркую, полнокровную жизнь.
К сожалению, отец по вполне понятным причинам – беспрерывные бои, нахождение на излечении в госпиталях, учебы, командировки – не имел возможности хранить письма своей милой Аночки. Ну а когда они были вместе, то, естественно, писать было не к чему.
Что же касается писем отца своему “котику”, то можно смело сказать, что путь становления супругов Маргеловых – это прямо-таки путеводитель и образец для подражания всех влюбленных душ. Те письма можно было бы издать отдельной книгой, изменив имена, и она, без сомнения, имела бы огромный успех, особенно среди молодых читателей. Приводимые отдельные выдержки из них, надеемся, полностью подтвердят наше предположение.
В перерывах между непрекращающимися боями отец очень скучал и “не мог найти себе места” без дорогой его сердцу подруги. Он писал: “Мой котик, моя дарагинюшка, я не знаю жизни без тебя, милая моя”. Слово-то какое нашел – “дарагинюшка” – почти что берегинюшка, которая спасала его от ран на поле боя, а более того – своей любовью и заботой! Заканчивал же все свои письма, в основном, фразой: “Целую крепко-крепко, твой Вася”. А бывало, ей и доставалось в отцовских письмах “по первое число”. Комиссар медсанбата, где Анна лечила раненых, как-то пожаловался отцу, что капитан Куракина его не слушает и выбегает в холод на улицу без шинели. Обеспокоенный отец ей написал: “Анка, черт ты такая! Будешь мне чудить, бегать не одевшись и не слушаться комиссара, так тебе дам, сколько влезет! Ты уж будь умницей!”
В апреле 1942 года, будучи на излечении после ранения в госпитале в Колчаново, майор Маргелов постоянно звал свою любимую Аню навестить его – ее медсанбат находился не так далеко. Но военврач Куракина работала день и ночь – слишком много было раненых, и отец в коротких письмах заранее оправдывал ее отсутствие важными мотивами и извинял свою Аню за нечастые письма. Чаще они говорили “через почту” – переговорную станцию. В письмах и телефонных разговорах они признавались, что не могут жить друг без друга. Воюя в разлуке, они утешались мыслью, что “вот улыбнется счастье, представится возможность быть вместе, что скоро настанет время, когда они смогут быть вместе и вместе работать на пользу нашей Родины и в свое удовольствие”.
Отец мечтал о том времени, когда он снова “увидит свою желанную Анку”, почувствует ее возле себя, увидит “ее милую детскую улыбку, курносый нос и будет целовать без конца”».
