Житие мое полностью

«Главное, чтобы драка все-таки состоялась. Если он не спустит пар, то и нам может накостылять».

Белый снова начал ныть. Насколько же проще было иметь дело с мисс Килозо! Мистер Дорсино оказался типичным, классическим белым и от постоянного волнения начал быстро сдавать: у него лихорадочно блестели глаза, мелко дрожали руки, а спать он вообще ни разу не ложился, даже днем. К началу боевых действий они рисковали получить на руки умственного и физического инвалида.

«Видать, придется им возвращаться в сарай, а не то отправится мужик до срока к Королю с визитом».

— Хочешь, я сделаю тебе защитный амулет? — великодушно предложил боевой маг.

— А подействует?

— Крутое черномагическое колдовство? Конечно, подействует!

— Мы должны оставаться незаметными, — напомнил Клямски.

— Ерунда! Тут есть один склеп, полностью изолированный от магии.

В таком расточительстве горожан Пит сильно сомневался, но что-то надо было делать, тут черный был прав. Страдальца отвели в старый склеп, а через полчаса он вернулся оттуда, счастливый и сияющий, с бантиком из медной проволоки на шее. Шпион не стал говорить, что обнаружил за одной из могил кучку зачищенных серных спичек (складывалось впечатление, что черный надул белого самым пошлым образом). Главное — результат!

— Спасибо! — не удержался Клямски, когда умиротворенный белый заснул. Благодарить кого-то жандарму было непривычно.

— Ерунда! — отмахнулся черный. — Я не обучен противостоять белой магии, так что этот заморыш может мне пригодиться.

Пит сделал еще одну мысленную пометку: вопрос противодействия белой магии разведку последнее время сильно интересовал. Можно ли тренировать эту способность у черных?

Меж тем развязка приближалась. Поток таинственных незнакомцев, прибывающих в Септонвиль, практически иссяк. По городу прошел слух о скором открытии фабрики, это известие привело беженцев в странное возбуждение, пока еще похожее на энтузиазм. Теперь бойцы Клямски следили за вражеской территорией круглосуточно, подсчитывая приблизительное количество фигурантов (выходило около сотни), а мистер Дорсино и капитан вели последний смотр оружию и магической амуниции, время от времени что-то выкидывая и костеря криворуких артефакторов.

В дальнейшем Пит принял участие не из каких-то идейных соображений, а скорее из склонности к мимикрии, отличающей хорошего шпиона: все вокруг готовились к битве, и он просто не мог сделать вид, что ни при чем, хотя большинство приготовленных амулетов видел только на спецкурсах и только в виде муляжей, а о содержимом странных бутылочек из тонкого стекла и хрустящих пергаментных свертков мог только гадать. Он отчетливо представлял, как отнесется к подобному его непосредственная начальница, и заранее подбирал разумные доводы «за».

«Извините, мисс, но что я скажу своим внукам? Искусников видел, но благоразумно держался подальше? Потомки меня не поймут».

И неважно, что дети в планах шпиона не значились — все когда-нибудь случается (временами — неожиданно).

Клямски назначил штурм фабрики на день солнцестояния: факт запрещенного колдовства сомнению не подлежал, а ждать, когда там кого-нибудь зарежут, смысла не имело. Пит горячо надеялся, что боевая операция в исполнении гражданских не превратится в птичий базар. К его потаенной радости, запасного комплекта доспехов у надзоровцев не оказалось, на добровольца навьючили все то, что бойцам лень было нести самим, и поставили в арьергарде. Место в тылу шпиона устраивало, а вот с оружием возникли непонятки.

— И что с этим делать? — Пит помял в руках шуршащий кулек. — Жевать? Нюхать?

— Не вздумай! — вскинулся мистер Дорсино.

Клямски хищно улыбнулся:

— Это надо развеивать в воздухе, а если съесть, то можно и дуба дать. Недавние инциденты показали, что использование алхимических средств дает огромное преимущество при штурме зданий. Но осторожнее — повязки не поглощают зелье целиком, старайся бросать бомбы туда, куда не собираешься входить сам.

Теперь самоуверенность надзоровцев (против сотни прут!) стала Питу понятней — очевидно, капитан надеялся устранить большинство противников без шума и магии. Это имело смысл: черный и белый на пару вскроют любые охранные периметры, а амулеты отразят нападение, если дело обернется совсем скверно.

«Боевой маг и арбалетчики, — моментально вычислил шпион смертельную комбинацию. — Если предатель отвлечет мастера Дана, нас перестреляют, как кур».

За час до рассвета группа подошла к забору фабрики, как раз вовремя, чтобы увидеть выезжающий из ворот грузовик. В шесть утра…

— Надо закончить раньше, чем они вернутся, — сквозь зубы процедил капитан. — Наверняка в приют погнали. Нам только возни с заложниками не хватает!

Пит кивнул и пропустил бойцов вперед: умные мысли наконец-то догнали глупую голову.

«Кто меня тянул сюда, кто тянул?!! Клямски — придурок, черный одержим (все признаки налицо). Вшестером против толпы фанатиков и белый в качестве балласта!»

Главное, не думать, что с грузовиком на фабрику приедет недружелюбно настроенный боевой маг. Питу случалось видеть результаты черных проклятий — энтузиазма это не вызывало.