Житие протопопа Аввакума полностью

Попустил им Христос, предал нас в руки враг. Уш то аз, окаянный, достоин ранам быти сим. Жаль мне стада верных, влающихся и скитающихся в ветренном учении, во лжи человечестей, в коварстве льщения *. Да что же делать? Токмо уповати на бога, рекшаго: «не бойся, малое мое стадо, яко отец мой благоизволи дати вам царство небесное»*. Не сего дни так учинилось кораблю Христову влаятися, еже есть святей церкви, но помяни, что Златоуст говорит: «многи волны и люто потопление, но не боимся погрязновения, на камени бо стоим. Аще каменю волны и приражаются, но в пены претворяются, каменя же вредити не может, еже есть Христа».

Что же делать, братия моя любимая, потерпим со Христом, да слюбится нам, а они постыдятся. Горе им, бедным, будет в день судный, судия бо близ, при дверех, сотворити кончину веку сему суетному. Горе тому, кто не внимает о прелести последних времен! Зде есть терпение святых *, иже соблюдают заповедь божию и веру Исусову, якоже Лествичник Иоанн* пишет: «аще не вкусиши горчицы и опреснока, не можеши свободитися фараона. Фараон есть диавол, а горчицы – топоры, и огнь, и висилицы».

А которыя на нас строят, на тех нечево винить: диавол тому виновен, а они были братия наша.

Станем бога ради добре, станем мужески, не предадим благоверия! Аще и яра зима, но сладок рай, аще и болезнено терпение, да блаженно восприятие. Отъята буди рука – да вечно ликовствуем, да такожде и нога – да во царствии веселимся, еще же и глава – да венцы увяземся. Аще и все тело предадут огневи, и мы, хлеб сладок, троице принесемся. Не убоимся, братие, от убивающих тело, души же не могущих убити*, убоимся вторыя смерти *, еже есть вечныя муки.

Братия моя зде со мною под спудом сидят, дважды языки резали и руки секли*, а они и паки говорят по-прежнему, и языки таковы же выросли божиею благодатию. Вот, не смеху ли достойно – диавольской умысл! – паче же слезам, не о нас, но о режущих. Горе им, яко в путь Каинов ходиша и в лесть Валаамову предашася! * Спаси их, господи, ими же веси судьбами! Не вмени им за озлобление наше, пречистый владыко!

Милинькие мои! Аз сижу под спудом тем засыпан. Несть на мне ни нитки, токмо крест с гойтаном да в руках чотки – тем от бесов боронюся. Да что бог пришлет, и аз то снем, а коли нет – ино и так добро. О Христе Исусе питайся наш брат, живой мертвец, воздыханием и слезами, донеле же душа в теле. А егда разлучится, ино и так добро: жив погребен.

Воистинну и на свободе люди те в нынешнее время равны с погребеными. Во всех концех земли ох и рыдание, и плач, и жалость, наипаче же любящим бога туга и навет сугубой: душевной и телесной.

Увы, камо ся дежем, прежде того осуждени и прежде вечных мук утомлени? Се ныне прибегаем во твое, владычице, теплое заступление, предстани нам в помощь и не закосни, всегосподствованная небесная царице, госпоже богомати, видя виждь озлобление людей сих *, и умоли сына своего, света, да избавит нас сугубых бед и напастей, еже есть в нынешнем житии времени и в будущем.

Братия, свети мои! Простите мя, грешнаго, и помолитеся о мне, и вас бог простит и благословит, и наше грешное благословение да есть с вами неразлучно. Вас и жен ваших, и деток, и домашних всех, целую целованием духовным о Христе и, пад, покланяюся на плесны ног вашых, слезами помывая. Спаситеся , свети мои, от рода строптиваго сего * и нас в молитвах своих поминайте, а мы вас должни.

Спаси бог за платки. По платку нам прислали закона ради отец нашых и веры ради Христовы.

Детей своих учите, бога ради для, неослабно страху божию, играть не велите. Ох, светы мои! Вся мимо идет, токмо душа – вещь непременна. Стойте в вере Христа, спасителя нашего, не ослабевайте душями своими. Паки мир вам всем и благословение, благодать господа нашего Исуса Христа, сына божия, с вами. Аминь.

Жаль их бедных, от гнева погибающих. Побили наших, о Христе пострадавших, на висилицах и огнем пожгли. И в моем дому двоих повесили*, и детей, было, приказали удавить, да, не вем како, увертелися у висилицы. А ныне и Соловки во осаде морят, пять лет не етчи. Чюдно в новой той их вере родилося. Помилуй их, Христос, бедных! Потеряли, горюны Христа-бога, поработилися страстем сего века. Ждет их Христос ко обращению, да обратятся бедныя никониане, да как хотят! Мы чисти от них. Говорили мы им по своей силе, затем умрем о Христе Исусе, сыне божий. Не дорожи мне сим веком, не имам зде града, но грядущаго взыскуем *.

Послание «горемыкам миленьким»

Книга всем нашим горемыкам миленьким. Любо мне, что вы охаете: «ох, ох, как спастися, искушение прииде!» Чаю-су, ох, да ладно так, меньше, петь, спите, убужайте друг друга.