- Желаете приобрести этот экземпляр, мадмуазель?- послышался голос за спиной.
Я вздрогнула от неожиданности.
- Да, месье, если можно.
После непродолжительных торгов, букинист уступил мне дневник по сходной цене. Довольная приобретением, я спрятала заветную покупку в сумочку.
Финалом экскурсии был частный винный заводик. Нас спустили в подвальное помещение, где стояло множество огромных дубовых бочек, в которых гуляло и вызревало вино. Хозяин винодельни провел дегустацию, в качестве закуски угощал сыром и виноградом. Разомлев от вина и усталости, люди стали расплываться в улыбках, оживились и в разных углах завязывались непринужденные беседы.
У меня не было желания ввязываться в разговоры слегка захмелевших людей. Меня не оставляла мысль о дневнике Жюстин Леметр. Хотелось поскорее оказаться в полном уединении своего гостиничного номера и продолжить чтение. Моему томлению пришел конец. Я купила бутылочку сухого белого вина у хозяина винодельни, получив в качестве бонуса приличный кусок заплесневелого сыра. Экскурсия закончилась, автобус доставил нас до самой гостиницы.
Вернувшись в номер, сбрасывая на ходу туфли и одежду, я прямиком отправилась в душ. Смыв с себя утомительный, но очень насыщенный событиями день, я облачилась в пижаму, нарезала сыр, наполнила бокал прохладным вином, и уютно расположилась в постели.
Открываю дневник на странице, где закончила читать. Она была датирована...
27 октября 1856 год.
Этьен приходил поначалу раз в неделю, потом стал появляться чаще. И каждый раз, оказываясь рядом с ним, все мое тело трепетало и пело. Его прикосновения... Тонкие, нежные пальцы словно по струнам скрипки пробегали по моему телу, и оно пело и звучало, отзывалось на каждое прикасание, томилось в ожидании проникновения его плоти в мою. Толщина пугала только с виду, на деле же мое чрево плотно обволакивало его жезл наслаждений, чувствуя каждой клеточкой все движения, не упуская ни на одну каплю его присутствия внутри...
Я ждала его. Всякий раз, когда открывалась дверь в мою комнату, я надеялась, что это Этьен. Когда мной овладевали другие клиенты, я испытывала омерзение, хотелось чтобы всё поскорее закончилось. Порой, чтобы унять накатывающее чувство тошноты от прикосновения чьего-то зловонного, потного толстого тела, я представляла что нахожусь рядом с Этьеном. Тогда становилось немного легче и не так противно.
Однажды Этьен пришел ко мне с букетиком лаванды, перевязанной розовой шелковой лентой. Мне ещё никто никогда не дарил цветы. Я была счастлива, но не смела надеяться на какие-либо чувства с его стороны, на это я не имела право. В тот день я впервые его поцеловала. К моему удивлению он не оттолкнул меня, на его лице не было отвращения. Этьен улыбнулся, прижал меня к себе так плотно, что я почувствовала знакомый бугорок между ног, и поцеловал в ответ. Его язык проник в мой рот и стал страстно трогать мой язык, зубы. Первый поцелуй, он навсегда останется в моей памяти. Я влюбилась.
Этьен приходил ко мне 2-3 раза в неделю. Благодаря его визитам, моя жизнь в борделе не была столь тяжкой. Каждый его приход превращался в праздник, мне не хотелось чтобы он уходил, поэтому делала все, чтобы Этьен остался со мной подольше. Через три месяца частых посещений он внезапно исчез и не приходил три недели. Я тосковала и не находила себе места. Днем, когда остальные обитательницы нашего дома отсыпались, я стала выходить на улицу. Я гуляла по городу, в тайне надеясь встретить его.
В начале четвертой недели его отсутствия, выходя из хлебной лавки, меня едва не сбила карета, украшенная свадебными лентами и бантами. Извозчик притормозил коней, и недовольно цыкнув, замахнулся на меня плетью. В окне кареты я успела рассмотреть нарядную невесту, рядом с ней, улыбаясь сидел Этьен. В тот момент мое сердце рассыпалось на множество осколков и превратилось в пыль. С того дня я больше не видела Этьена.
Нет, я не рассчитывала на то, что Этьен когда-нибудь женится на такой девушке как я. Даже мысли такой допустить не могла. Но непродолжительные встречи несколько раз в неделю, отдаваться ему целиком до капли, прикасаться к нему, ощущать на себе его кожу, растворяться в нем - это то на что я могла надеяться. И я не ожидала, что всё закончится так быстро. В тот момент мир погас для меня. Праздник души закончился, начались мучительные, полные тоски и омерзения от собственного существования будни.
ЧАСТЬ 3
Дневник поглотил меня полностью. Я всё время думаю о Жюстин. Рукописные страницы не дают описания внешности его хозяйки, и мне приходится самой представлять её. Какой была эта молоденькая девчушка, которая так рано лишилась матери, родительской поддержки? Необходимость самой зарабатывать себе на жизнь, весьма не лучшим способом для только начинающей жить.
