Война с ментами — дело непростое и опасное. И, похоже, неблагодарное… Жору распирало от гордости за себя, но вместе с тем его душила обида. Он вышел из ментовских застенков, братва должна была встречать его как героя, но не было никого. Менты с автоматами у крыльца стоят, меж собой о чем-то устало переговариваются, сморщенная годами мамаша держит под руку кем-то избитого сынка-дебила, кучерявый цыган в шляпе чешет в раздумье толстое брюхо. Все, больше во дворе никого нет. Где пацаны, которые должны встречать Жору с фанфарами? Ведь они же знают, что его сегодня выпускают…
Чем ближе Жора подходил к воротам контрольно-пропускного пункта, тем ниже опускались плечи. И гордость за себя уходила как вода в песок.
Мимо сторожевой будки, через калитку он вышел на улицу, глянул на припаркованные машины. Нет никого на стоянке, никто не идет к нему с распростертыми объятиями. Что ж, деньги в кармане у него есть, возьмет такси, доедет до офиса… Может, пацаны и не знают, что его выпускают с кичи.
Он уже поднял руку, чтобы остановить бомбилу, когда его окликнул знакомый голос:
— Желтый!
Жора облегченно вздохнул, увидев своего бригадира. Сам Клен за ним подъехал. Крутой он черт — вроде бы и не атлет, а смотрится мощно. Это внутренняя сила прет из него. Все у него в цвет — прическа, модная небритость, рубашка дорогая шелковая, модные джинсы. Но вид у него не пижонистый. Не щеголь он, а матерый волчара. Жора боялся его и уважал.
— Здорово, Клен!
— Ну, здорово, братан! — Бригадир крепко пожал ему руку, но это было еще не все.
Он по-братски обнял Желтова. Целовать в щеку не стал, но по спине по-дружески похлопал. А ведь раньше он от столь теплых приветствий с подчиненными воздерживался. Только с теми, кто на равных с ним братался. Неужели Жора тоже теперь на одной с ним ноге?.. Гордость снова стала распирать грудную клетку.
Бригадир подвел его к машине, на которой подъехал. Простенький «Форд Фокус», хотя обычно Клен ездил на «Ленд Крузере». Говорят, он с девяностых годов с этой маркой дружит, только модели обновляет… А тут «Форд», тачка для общего пользования. Любой пацан из «правильных» мог взять ее для своих нужд. «Левые» же могли брать ее только по служебной необходимости.
— Ты что, «Крузак» в ремонт поставил? — спросил Жора, когда ментовская контора осталась далеко позади.
— Зачем в ремонт?
— Ну а чего тогда на «Фокусе»?
— А зачем перед ментами светиться?
— А чего их бояться?
— Ну, не все же такие крутые, — усмехнулся Клен.
— А кто крутой?
— Да в курсе мы, как ты на ментов наезжал. Следачку, говорят, закошмарил.
Жора прокрутил в голове услышанную фразу, вдумался в тон, в котором она была озвучена. Уж не прикалывается ли над ним Клен?.. Да, он действительно наехал на мусорскую сучку — бледнеть ее заставил и краснеть. Правда, и огреб за это конкретно. Сначала сама следачка насовала, затем и опер навешал… Но нет, не похоже, чтобы Клен знал об этом унижении.
— Было такое.
— И не сказал ей ничего, да?
— Думаешь, тебя сдал? Да ни в жизнь!.. Меня Татарин прессовал, только хрен ему по самые грядки!
— Ну, если б ты кого-то сдал, ты бы вперед ногами вышел, — мрачно усмехнулся бригадир.
— А я что, не понимаю? Только угрожать не надо, я за братву, я за идею!
— За какую идею?
— Как за какую? Кто не с нами, тот лох! Кто не с нами, тот против нас!
— Знал я одного пионера-переростка… — начал, но тут же оборвал себя бригадир.
— Это ты о чем, брат? — насторожился Жора.
— Да так, мысли вслух… Нормально все, Желтый, никаких к тебе претензий… А то, что на следачку наехал, так это правильно… Лично я считаю, что правильно. Может, кто-то думает по-другому, но я, пацан, за тебя, так и знай! — Клен, поощряя Жору, похлопал его по плечу.
— Как там дела на нашей барже?
— Если бы ты стуканул, движок бы заклинило.
— Так не стуканул же…
— Что там насчет Румына с Бобылем?
— Я же говорю, никого не сдал! Никого! — мотнул головой Жора.
— Да, но менты про них узнали, — нахмурился Клен.
— Так нас камера срисовала, там все как на ладони. Татарин меня просек, а значит, Румына с Бобылем принять может. Какие там вокруг них движения?
— Так дело же закрыто, какие могут быть движения?
— Закрыто… Только ментам это не нравится.
— Нравится, не нравится, ложись, моя красавица, — ухмыльнулся Клен.
— Это ты о ком? — насторожился Жора.
Это серьезный косяк, назвать правильного пацана красавицей, такое даже бригадиру прощать нельзя.
— Так тебя же красавица прессовала.
— Ну, это еще кто кого прессовал… Хотя красавица. Я б ей вдул…
— Что, стрелочку ей забил?
— Сами возьмем. На троих распишем. Она согласна…
Жора возбудился от собственных диких фанатазий… Следователь Демичева — девка смазливая, и он обязательно пустит ее на круг. Выждет время и сделает ей подарок…
— Точно согласна? — ухмыльнулся Клен.
— Не захочет — заставим!
— И за что ей такая милость?
— Так я ее предупреждал, а она не поняла… Или поняла, но сама напросилась… Хочет она меня, в натуре, хочет. Как я ей могу отказать? — взбудораженно хохотнул Жора.
— Она мусорская, за нее особый спрос…
