Отец хотел, чтобы Егор женился, подарил ему внуков, для того и построил ему дом. Но пока сын не обзавелся семьей, он держал его при себе. Все правильно, зачем тратиться на дополнительный штат прислуги, если Егор мог жить в отцовском доме? К тому же отец заботился не столько о содержании дома, сколько о его безопасности. А с этим у него все в порядке, чего не скажешь про дом Егора…
Машину Егор бросил у крыльца. Зачем напрягаться, ставить ее в гараж, если это может сделать дежурный охранник? Он зашел в круглый с колоннами холл и там нос к носу столкнулся с Олесей.
— Привет, мамуля!
— Давно не виделись? — с затаенной грустью усмехнулась она.
— Да вот соскучился… Отец где?
Отец у него уже, мягко говоря, в годах. Шестой десяток идет, а ему все молодух подавай. За те без малого десять лет, что Егор живет с ним, это уже третья его жена. На Ирине он женился, когда той было тридцать два, Катя вышла за него в двадцать семь, а Олеся — в двадцать один. Ей уже двадцать два, но все равно она младше Егора. Он и сам бы мог на ней жениться, теоретически. А она, кстати говоря, того стоила, практически. Красивая, изящная, женственная…
Егор и раньше восхищался отцом, и сейчас, но с тех пор, как в доме появилась Олеся, к этому чувству добавилась еще и зависть. Может, именно потому и захотел он занять его место. Нет, он не влюбился в Олесю. Одно только уважение к отцу не позволило бы ему опуститься до этого. К тому же при всей своей красоте Олеся была не совсем в его вкусе. Она пепельная блондинка, а ему нравились брюнетки. И все-таки она была очень хороша собой, и он не мог этого не признать. Потому он и завидовал отцу. Сам он молодой, видный, при деньгах, а девушки его не очень-то жалуют, зато у отца с этим без проблем. Почему? Да потому что Илья Дмитриевич по-настоящему крут, а женщины таких любят.
Олеся из Украины, из бедной семьи, в Москву она приехала в поисках лучшей доли. Казалось бы, замуж за отца она вышла по расчету, но ведь Егор видел, как она светилась от счастья на свадьбе. Значит, она действительно любила отца, а не притворялась…
Может, Олеся была не в его вкусе, но она ему нравилась. И отцу он завидовал, потому и злился на нее, и даже презирал, и Олеся это чувствовала.
— Отца сегодня не будет, — сказала она.
— Почему?
— Дела у него в Москве, сказал, что там и заночует.
— С кем?
Отец у Егора такой, что мог и гульнуть от жены. Причем запросто. Олеся это понимала, потому вздохнула. И еще ее уколол издевательский тон Егора.
— Что там у нас порубать есть? — спросил он, направляясь на кухню.
— Позвать Валентину? — спросила девушка.
— А сама не накормишь? — усмехнулся Егор. — Или ты мне не мамуля?
Он на ходу достал телефон, позвонил отцу. Сказал, что решил проблему с Ракитиным. Отец не сказал, хорошо это или плохо, просто пожелал ему спокойной ночи. Сам он, похоже, спать еще не собирался. Где-то музыка играла, слышался женский смех… Да, отец у него крутой, он может позволить себе развлекаться до утра. А Егор уже должен ложиться спать. Хотя все должно было быть как раз наоборот…
— Могу разогреть ужин, — сказала Олеся, зашла в столовую вслед за ним.
— Да нет, не надо. Я пару бутербродов себе сляпаю… Ты на ночь не ешь, мамуля?
— Нет, — покачала она головой.
Он достал из бара бутылку виски, хайбол.
— И не пьешь, — Егор не спрашивал, он утверждал.
— Ну, можно чуть-чуть, — удивила его своим ответом Олеся.
Он поставил на стол второй хайбол, накрошил туда льда, с ловкостью бармена разлил по бокалам виски. Один хайбол он толкнул по барной стойке, проследил, как он с гулом подъехал к Олесе. В ее глазах мелькнул какой-то веселый азарт, и хайбол она остановила с шальной, как ему показалось, улыбкой.
— Ты работал барменом? — спросила девушка.
— С чего бы это? — усмехнулся Егор.
Не тот у него уровень, чтобы работать барменом и обслуживать всякий сброд… И все-таки ее вопрос он воспринял как комплимент.
— У тебя неплохо получается.
— В следующий раз я тебе сделаю «Мохито».
— Ловлю на слове!
Он выпил, пошел на кухню, там приготовил бутерброды, поставил их в микроволновку.
Олеся сидела за стойкой, забросив ногу на ногу. Бокал перед ней был пуст. Глазки блестят, щечки розовые, загадочная улыбка на пухлых губках. Халат на ней длинный, и полы не расползались под действием силы тяжести — ноги прикрыты. Верхний вырез халата глубокий, но лацканы запахнуты, и грудь даже частично не обнажена. И при этом Олеся выглядела очень сексуально.
— Ты в ночном клубе был? — спросила она.
— Да так, дело одно было, — с важным видом, небрежно обронил Егор.
— Девушка?
— Сегодня нет.
— А вообще?
— А тебя интересует моя девушка?
— Честно?.. Если честно, то интересует, — она взглядом показала на бутылку, и Егор снова наполнил бокалы.
— С чего бы это?
— Скучно здесь одной. Так хотя бы компания была… И ты бы успокоился.
— А я беспокойный?
— Ты пытаешься мне досадить… А я ни в чем перед тобой не провинилась. И зря ты меня кусаешь, я этого не заслужила.
— Я не кусаю, — сконфуженно проговорил Егор, пожав плечами.
— Не надо больше, — попросила Олеся.
