Для Насти это время всегда было особенным. Первое дыхание осени она замечала ещё в середине лета – оно еле уловимым прикосновением золотило зелень деревьев, ещё вчера утопавших в изумрудной листве. Хотелось целыми днями гулять по любимым паркам и аллеям, чтобы успеть насладиться каждым днём, впитать в себя всю красоту удивительной игры природы, тонко подмечая как набирает силу превращение ленивого пыльного лета в разноцветную сказку, наполняющую пространство торжественной прозрачной музыкой.
Последние тёплые деньки всегда драгоценны. Ещё можно ходить в туфельках и в платье, лишь накинув на плечи любимый палантин из тончайшей мягкой шерсти, так виртуозно связанный мамой… Лёгкая, как первый слетевший с дерева листок, изящная девушка, капелька нежной красоты посреди океана радостных красок…
Одной из самых любимых прогулок для Насти было свидание с Рекой. Ехать приходилось через весь город, за это время как раз можно было подготовиться к встрече, успокоить мысли, отстраниться от всех забот и неумолимого давления суеты.
Выбираться на набережную у Насти получалось ближе к вечеру. Это было её маленькой тайной – она поднималась на мост и проходила по нему как можно дальше, любуясь закатом солнца и мягкими тёплыми акварелями деревьев, засыпающих на противоположном берегу. Обь широка и пройти по мосту до конца получалось лишь изредка. Обычно она доходила до середины и, осторожно придерживаясь за перила, наблюдала как плавно и величественно, словно пава – Царица, несёт Река свои глубокие воды…
Река любила Настю и, каждый раз приветливо встречая её, обнимала своим покоем. Нежно касаясь сердца, она омывала его своей материнской любовью с таким состраданием и нежностью, что у девушки слёзы выступали на глазах.
Бережно исцеляя от ран, которые мир людей неизбежно наносит Душе в темноте своего невежества, Мать Река незаметно уносила прочь накопившиеся тяжёлые впечатления и тревоги, и дарила всю глубину своего покоя, наполняя им сердце Насти. С Рекой можно было разговаривать обо всём что волнует, попросить совета и благословения, как у любящей нежной мудрой Матери…
Эти встречи были таинством и чудесной драгоценностью, хранившейся в самой сокровенной сокровищнице Души. Они давали Насте силы возрождаться из пепла как Птица Феникс и жить дальше. Дарили надежду…
Тем временем, закат полностью успевал раствориться в сумерках, которые, сгущаясь, уступали дорогу позднему вечеру, заявлявшему свои права на город, накрывая его своим плотным безпросветным покрывалом. Настя, прощаясь, благодарила Реку и, не торопясь, возвращалась, любуясь отсветами фонарей на воде и вечерним городом, уже принарядившимся весёлыми огоньками, разбросанными как звёзды в небе по всему пространству.
Интересно, почему панорама ночного города оказывает на нас такое магическое впечатление? Как будто вспоминается что-то далёкое и неизбывно прекрасное…
Такое знакомое и родное, но теперь временно недоступное и покрытое тайной ночи…
Любовницы и стрихнин
В тот вечер Настя припозднилась и приехала на речной вокзал, когда солнышко уже село и ночь неумолимо накрывала город всё плотнее своим покровом. Состояние было удушающим, обстановка дома с каждым днём становилась всё более невыносимой и Настя решилась всё-таки поехать, чтобы хоть немного восстановить внутреннюю гармонию.
Она не шла – летела по мосту, стараясь успеть пройти подальше, чтобы потом, возвращаясь, вдоволь налюбоваться праздничным мерцанием огней любимого города, наполниться этой красотой и, хоть на какое-то время забыть о том, насколько не хочется возвращаться домой…
Но долгожданный покой не приходил. Вот уже минут десять Настя чувствовала на себе чьё-то пристальное внимание. Всё это время за ней медленно ехала машина. Сначала девушка надеялась, что это просто совпадение, может, водитель разговаривает по телефону и не рискует набирать скорость или ещё что… Напрасно она себя уговаривала. Через несколько минут стало очевидно, что никаким совпадением здесь и не пахнет.
Достаточно было остановиться и убедиться, что автомобиль, следующий за ней, тоже останавливался. Затем Настя прибавляла шаг, но машина не отставала и не обгоняла её, продолжая настойчиво ехать за девушкой.
Надо сказать, Настя совсем не испугалась, скорее испытала досаду за сорванный волшебный вечер, на который она возлагала столько надежд, чтобы хоть чуть-чуть восстановиться. В Настиной голове не было ни псевдоромантических мыслей, ни ожиданий, которые могли бы притянуть опасную ситуацию. Так что на этот счёт она была совершенно спокойна. Здесь что-то другое, какая – то Игра Матери..
По привычке направив всё внимание в Сахасрару, в область родничка, Настя попросила защиты у Богини Матери. Кундалини шла хорошо и приятная прохлада слабеньким фонтанчиком струившаяся из родничка на затылок, успокаивала и помогала принять происходящее как неизбежность.
