- Да, я туда бульона налил. В следующий раз я добавлю, чтобы отбить охоту ползать по чужим рюкзакам. Я забыл, такие уроки дает самый крутой сталкер.
- Она здесь ни причем.
- Слушай пацан, мне край не нравится твоё поведение, еще одно замечание, и пойдешь обратно к Вольным.
- Клён, это я его позвал, ты не можешь его выгнать.
- Тимка, тебя я знаю, его нет. Вы ребятки, с голодухи чего-то попутали малость, не я к вам навязался. Так что мне решать, кто останется, а кто пойдет на вольные хлеба. Мне надоело выслушивать претензии, особенно от вас. Тебя Тимка, я взял в помощники, так как один в поле не воин. Но сначала тебя надо поставить на ноги, а он мне безразличен.
- Если Прайт тебе мешает, то мы уйдем.
- И это вся благодарность?
- А какую благодарность ты хотел?
- А скажи что не за что.
- Тебя никто не просил, ты сам помог.
- Понятно. Помогать вы отказываетесь. Это ваше право. Выгонять тебя не буду. Только завтра после выброса я уйду. Теперь у меня есть кому прикрыть спину.
- А кто нас будет кормить? – спросил Прайт.
- Сам себя и его, это уже не мои проблемы. Вы решили что можете обойтись без меня, я не буду вам мешать. Ваш лежак слева от входа.
- Не фига себе, не жирно тебе будет?
- Хлебало закрой Прайт, а то помогу. Этот лежак я делал себе сам, ты себе делал, вот какой ты себе сделал, на таком и спи.
- Так он узкий на двоих.
- А я здесь причем? Это ваш лежак, свой я делал какой хотел, нас тоже двое. А теперь у входа разводи костер.
- Тебе надо, ты сам и разводи – ответил Прайт.
- Я - то сделаю, но с моего стола ты обломишься – сказал я. И добавил уже Тимке. – Не думал что ты дурак.
Приготовил нехитрый ужин, Лотта есть не стала. Поделил поровну на двоих. Тимка поделился с Прайтом. После ужина занялся изготовлением стрел. Сделал три заготовки. Настроение было никакое, чтобы не натворить дел, лег спать. Лотта легла рядом. Прайт опять начал стонать и жаловаться, я в скорости уснул, не думал, что этот дурак полезет в темноте в мой рюкзак. У Прайта явно было с головой не всё в порядке. Один раз ему показали: не трогай чужие вещи. Он не понял. В темноте полез через собаку к рюкзаку, в итоге получил от нас двоих: Лотта его укусила, а я заехал кулаком. И хорошо заехал. А вот куда попал, узнал только утром. В темноте не пытался разглядеть. В тот момент было главное, чтобы он утихомирился, а так как он не скулил, меня это устраивало, и я проспал до утра. Только утром увидел, что Прайт лежит на земле. Правое ухо распухло, вторая рука тоже прокушена. А молчал потому, что когда падал, ударился головой о стену и потерял сознание. Тимка проснулся, когда я зашевелился.
- Клён, что случилось?
- А ты спроси этого клоуна.
- Почему он лежит у выхода?
- Сейчас очухается, у него и спросишь.
Я сегодня проспал. Проснулся, когда уже было светло, стал собирать своё барахло. Вообщем приготовился, так чтобы сразу после выброса отсюда уйти. Тимка осмотрел Прайта.
- Клён, это ты его так отделал?
- Может я, а может и не я. Не знаю.
- И почему он лежит здесь? Ведь он ложился за меня.
- Ты хочешь услышать мою гипотезу?
- Но ты явно в курсе.
- В курсе чего я должен быть, почему он там спит? Я не знаю, в темноте не вижу без ПНВ, а чужие мысли читать не умею.
- Ты посмотри, у него и вторая рука прокушена, и правое ухо опухло. Это всё твоя собака.
- Ты поаккуратней с обвинениями. Разбуди его да спроси.
- Клён, отчего ты его невзлюбил?
- А почему я должен его любить? Ведь он не барышня.
- Придираешься к нему постоянно.
- И буду придираться. Здоровый парень, а ведет себя как трёхлетнее дитё. Вместо того чтобы стонать, принес бы лапника, да сделал перину. Вместо того чтобы лезть в чужой рюкзак, сходил бы поймал крыс. Да и вообще он какой-то мутный.
Прайт проснулся и лежал тихо, пока на него не посмотрели. А как почувствовал внимание к своей персоне, сразу застонал.
- Хватит прикидываться, поднимай свой зад и пошли добывать завтрак. Не зависимо от того, хочешь ты есть или нет, позаботься о напарнике.
- Твоя шавка меня искусала. Я не могу ходить, так что ты нас будешь кормить.
- Может ещё и зад тебе подтереть.
- Вот видишь, собака его покусала – выступил в защиту Тимка.
- Тимка, а ты спроси, почему его Лотта покусала. И почему ухо опухло. А так же спроси, почему он спал у выхода. Спроси так же, почему он не хочет добывать еду.
- Так он не может, у него болят руки.
- А не хрен руки пихать куда не надо. Тимка, вот объясни мне, почему Лотта не хапнула тебя. Почему не трогает сейчас его.
- Твоё настроение передается ей.
- Нет, настроение моё здесь не причем, хотя она его чувствует. А просто он хочет залезть в мой рюкзак, а так как мы с Лоттой компаньоны, то отчасти рюкзак и её. Она охраняет своё, Лотта не лезет к вам, так и вы не лезьте к ней. Ждем выброса и разбегаемся.
- То есть мы должны убраться к Вольным.
- Это ваше дело. Уйдете к Вольным или останетесь здесь, мне теперь всё равно, я ухожу отсюда. Ненадежная берлога, слишком близко находится от острога.
- А как же мы, должны подохнуть с голоду? – влез Прайт.
