Как и предполагал, на ночь засаду у деревни сняли и перенесли к пещерам. Только не очень умно: расположили у самого входа. Сверху я мог уничтожить их с минимальным риском для себя. Но пока я трогать их не буду. Бездействие расслабляет: проверил поля с травкой, точнее наличие охраны - на западной вышке никого не было, на центральной трое, но они даже не смотрели по сторонам. Сидели на площадке и разговаривали. Подойдя поближе, послушал их разговор. Блатные на жаргоне, понятно, говорили обо мне, обсуждая план моей поимки. За меня назначена награда: тот, кто доставит меня живым или мертвым, будет отправлен на базу в ТД. Вот как карта раскладывается! Ладно, посмотрим. Вас точно жалеть не буду. Проверив восточную часть поля, пошел за миной. Сразу и не нашел свой тайник, хорошо замаскировал схрон. Взяв мину, пошел к тропе, ведущей из крепости к восточной части поля, а так как мина с детонатором натяжного действия, то приспособил ветку в роли натяжителя, а саму мину поставил под углом к тропе под кустик. Привет заступающей смене! А теперь устрою маленький кипишь на центральной вышке. Зайдя к вышке с тыла, продолжил наблюдение. Бандиты совсем расслабились, бухают на посту. Один уже вырубился, но двое продолжают бухать. Мне осталось только подождать, когда эти двое вырубятся, и взять их голыми руками. Но мне попались бойцы, закаленные в неравной борьбе с зеленым змием. Мне уже надоело ждать окончания их банкета, когда один из них стал спускаться по лестнице. Спуск ему дался с трудом, я увидел как он съехал по лестнице и не попытался даже встать.
И уже не опасаясь третьего, подошел к упавшему, проверил пульс. Этот был готов: то есть мертвее мертвого. Сломал шею себе сам. Поднялся по лестнице. Понятно, браткам бог послал канистру спирта. Третий тоже последовал за первым - отключился. Забрал всё оружие, рюкзаки, боеприпасы. В канистре оставалось меньше половины спирта, её тоже забрал. Слез вниз и вовремя - пролитый ими спирт протек через настил, попал на костер и дрова. Запихав три их рюкзака в свой, сложил боеприпасы, и повесив на себя собранное оружие, поспешил ретироваться. Вышка была надстроена над постройкой, сделанной из бревен в виде крепостной стены, и когда это строение возьмётся пламенем, его будет далеко видно. А мне не надо, чтобы меня здесь видели, и так подозрения падут на меня. Я вернулся и два ствола бросил у самой вышки, кому они нужны эти «Гадюки», а так вроде оружие не пропало, и со спокойной совестью пошел наблюдать за пещерами. Когда пришел к пещерам, сполохи уже были видны. Часть людей из засады пошла к крепости, другие пошли на поле. Из пещеры стали выползать сталкеры. Зайдя с тыла к толпе, отозвал в сторону старшего.
- Не передумали ещё?
- Что, уже выступаем?
- Шустрый больно, я погляжу, у вас есть стукачок?
- Есть, я знаю. Его надо убрать.
- Нет, не сейчас, и про меня никому не говори.
- Ладно. Это твоих рук дело?
- Зачем я буду пачкаться? Они сидели, пили, разлили спирт, а внизу костер горел.
- Когда нас выведешь?
- Как только, так сразу.
Значит, ещё не передумали. Ладно, также незаметно ушел к схрону, взял только рюкзак с едой и аптечками, остальное опять заложил дерном. Хотя нужна была только аптечка, рюкзак забил до отказа, чтобы лишний раз не ходить за нужными вещами. Оставив рюкзак в подвале, пошёл к провалу за прожектором и артом, не думаю что его кто-то забрал, сталкерам за пределами пещеры он не нужен. Спустился в провал, нашёл включенный прожектор у выхода, забрал с собой Батарейку. С трудом поднялся по верёвке - левая рука почти не работала: рана оказалась серьёзней, чем мне бы хотелось. Пошел в подвал заброшенного хутора. Подключив арт к внутренней системе освещения, занялся раной, хорошо осмотрел: в самом деле, рану запустил, с внешней стороны пошло воспаление. Пришлось повозиться. В рану с пулей попал небольшой кусочек коры. Осторожно ножом вычистив кору, обработал рану и с внешней, и с внутренней стороны. Подождал когда кровь свернётся, забинтовал. Противостолбнячный препарат вводить не стал, так как у меня есть спирт - он заменит и антидепрессант, и укол лекарства, и многое другое. Выпил грамм сто спирта, закусил копчёным мясом и хлебом, благо у братков взял предостаточно. Вспомнил Лотту. Она тоже с удовольствием ела хлеб, особенно ей нравились корочки. Толи я совсем ослаб, толи спирт начал действовать, на глаза навернулись слезы.
