— Ну, конечно, можно, только ремни большого полотна нужно заменить цепями, — стал объяснять инспектор. — Завтра в бригаду приедет комбайнер Глебов, он расскажет, как убирать пшеницу в сырую погоду на переоборудованной жатке.
Пожелав Юдину успехов, Дорогое пошел на полевой стан. Юдин только хотел развернуться, как подбежала запыхавшаяся пожилая повариха.
— Григорий Константинович, что тебе приготовить на завтрак, сырнички со сметаной или пудинг из манки?
— С чего это такой доброй стала, Анфиса Филипповна? — поразился Юдин.
— Этот очкастый такого жару нагнал…
Дождь прошел стороной. Ветер разогнал тучи. Небо снова стало чистым. Всю ночь в степи гудел трактор. Умолк он только утром. Запыленный, усталый Юдин зашел в тракторный вагончик взять полотенце. На его деревянном топчане, в углу вагончика спал Алексей Петрович Дорогов. Он лежал на правом боку, по-детски поджав ноги. Старое серое одеяло закрывало лишь грудь да руки. Григорий Константинович, взглянув на смуглое лицо Дорогова, улыбнулся. Потом снял с плеч фуфайку, бережно укрыл инспектора и вышел.
На востоке зарождался новый день.
