Они не доверяют себе, поэтому ежедневно читают утренние газеты. Маленькие люди любят оценивать. Ко всему они подходят со своей карманной меркой и если чего-то не понимают, то стараются этого не замечать.
Больше всего они ненавидят больших людей. Их они называют странными. Большие люди нарушают покой и вносят беспорядок в их обыденное существование. Они заставляют задумываться о давно известных вещах, стирают грани между добром и злом, плюют на идеалы, но самое страшное – они говорят о смысле жизни.
Не дай бог маленькому человеку задуматься о своем существовании. От таких мыслей он просыпается в холодном поту. Он гонит их прочь. У него хорошая работа, любящая жена, прекрасные дети, дом – полная чаша. Неужели этого мало? Тогда спрошу я: "А разве вы хотите большего?"
Вы молчите. Вы догадываетесь, что есть нечто большее. Подсознательно вы всегда хотели его. Вам страшно. Быть может вы живете впустую? Если вы снова и снова задаете этот вопрос, не все еще потеряно. Если вы бежите от него – это ваш путь. Тогда заткните уши и завяжите глаза, постройте крепость и скройтесь за ее стенами. Пусть об нее разобьются океаны страстей. Вы жалуетесь на спертый воздух и душные комнаты? Что ж, это необходимая плата за покой. Зато вы умрете с сознанием выполненного долга.
32
К вам обращаюсь я, о беспокойные. К вам летят слова мои, о вечно страждущие и недовольные. Раскройте двери и окна, впустите свежий ветер, ибо это ветер свободы. Кто хоть однажды вдохнул его, захочет пройти весь путь до конца.
Ветер перемен уже протрубил новое время. Его назовут вашими именами.
33
Где вы, железные люди из древних легенд? Ваши мечи заржавели, а доспехи оказались набиты трухой. Такова участь всех вчерашних героев. Словно разукрашенные рождественские елки возвышаются они над толпой, но привлекают разве что только ворон.
Героев создала толпа. По праздникам она водит вокруг них свои хороводы. Я тоже бывал там, но всякий раз бежал прочь.
34
Мои герои ходят тихим шагом и долго спят. Они красивы и молоды. Их боится даже смерть. Они не любят бросаться под танки. Для них нет слов "Ты должен!", но есть "Я хочу!". Их желания невинны, а помыслы чисты. Желание, а не долг, толкает их снова и снова идти по раскаленным углям.
Многих из них вы называете великими злодеями и еще безумцами. Их поступки лежат по ту сторону добра и зла. Всем вещам они дают собственные имена. Их язык непонятен, а слова завораживают. Втайне вы все равно любите их.
35
Разные люди встречались мне в бесконечных коридорах бытия. К одним я оставался равнодушен и проходил мимо. Другие мне чем-то нравились, но я снова проходил мимо, склоняясь под тяжестью правил приличия. Лишь с единицами я говорил, но чаще всего это не приносило радости. Среди нагромождений пустой породы попадались крупицы золота. Я старательно отсеивал их, промывал ключевой водой и они отвечали мне тем же. Я боялся потерять их, но многие ушли безвозвратно. То, что осталось, я не отдам никому.
Моих друзей можно пересчитать по пальцам. Некоторые из них далеко. Но времени и расстоянию не под силу нас разлучить. Я поднимаю бокал и чувствую как несколько рук делают то же самое. Мы пьем за встречу!
36
Хорошо иногда раствориться в ней, окунуться в людское море, переодеться и исчезнуть. Но как не утонуть в океане мелких страстей?
Иногда я поднимаюсь на поверхность, чтобы глотнуть свежего воздуха и снова опускаюсь на самое дно. Страх – он приходит из темных глубин. Он надвигается неслышно, неумолимо. Еще мгновение, и он раздавит тебя. Толпа трепещет от ужаса. Нужно еще бросить камень, чтобы увидеть ее истинное лицо. Пусть не дрогнет рука, метни в толпу камень раздора. Вот будет потеха!
37
Люди хотят власти. Одним хватает власти над женщиной, другим – над подчиненными, а есть и такие, что желают власти над целым миром. Жалкие безумцы! Ваша власть ничтожна. Она подобна замку из песка. Время и ветер разрушают ее. Ваш век недолог. Иной не успеет насладиться властью, как его самого прибирает к рукам безжалостная судьба.
Что вы можете? Казнить или миловать, наказывать и прощать? Мне жаль вас. Вы не можете отнять у меня даже свободы. Вы создали законы и тюрьмы. Я не боюсь их. Даже в самом глубоком подземелье моя душа поет и танцует. Нет таких цепей, которые могли бы удержать ее. Я смеюсь и презираю земных правителей. Я смеюсь, даже когда вы плюёте мне в лицо.
38
Я признаю только одну власть – власть над умами. Самая страшная тюрьма – это клетка души, куда мы сажаем себя сами. Там отбывает пожизненное заключение большинство.
Какой прок в том, что ты посадил его на веревку? Рано или поздно он все равно сорвется и покусает тебя. Дай ему надежду, и он сам себя закует в цепи. Невидимые щупальца опутают его мозг и скуют его волю. Он будет бегать вдоль забора, преданно смотреть в глаза и звонким лаем благодарить за каждую брошенную ему кость. Вот почему мы так любим собак. В них мы видим себя. У них нет собственного “я”. Они полны нами.
39
