Похоже, за всю ночь Отт даже не пошевелился. Но когда Прокопулос убрал одеяла, он не нашел никаких алмазов.
Встало солнце. Его лучи, пробивающиеся сквозь окна поезда, уже несли с собой первый намек на дневную жару. В коридоре послышались шаги. Через окно Прокопулосу были видны фермы, протянувшиеся вдоль плодородного берега Голубого Нила.
Прокопулос укрыл больного и вышел из купе. Он упустил свою возможность. Следовало убить Отта вчера ночью, убить и обыскать купе. Теперь же было поздно что-либо предпринимать - поезд подъезжал к Хартуму.
Когда поезд прибыл в Хартум, Отта уже поджидала санитарная машина. Прокопулос напросился сопровождать больного. Врач заговорил было о Хартумской больнице, но Отт отказался туда ехать. Потом он на некоторое время потерял сознание. Придя в себя, Отт обнаружил, что его заносят в самолет. Больного отнесли в конец салона и уложили на кушетку. Подошла стюардесса, застегнула ремни безопасности и укрыла Отта одеялом.
- Куда мы летим? - спросил Отт.
- В Каир, - ответила стюардесса. - А оттуда в Бейрут.
- А что с моим багажом?
- Его погрузили вместе с багажом других пассажиров.
Отту не верилось, что это происходит на самом деле, но вскоре он услышал звук работающих моторов, почувствовал, как самолет тронулся с места и через несколько секунд взмыл в небо. Через иллюминатор Отт видел раскинувшуюся внизу коричневато-желтую пустыню, рассеченную надвое темной лентой Нила. Они летели над Северной пустыней, направляясь в Египет. Удалось! Он свободен!
- Вам надо попытаться заснуть, - обратилась к Отту стюардесса.
- Да, я действительно посплю, - согласился родезиец.
- Давайте я помогу вам разуться.
- Не беспокойтесь, мне и так неплохо, - попытался возразить Отт, но стюардесса уже шагнула к другому краю кушетки, откинула одеяло, потом недоуменно посмотрела на больного.
- Странно. Вы уже без туфель.
- Без туфель? А где они?
Стюардесса поискала вокруг, но ничего не нашла.
- Возможно, их с вас сняли в санитарной машине, да там и забыли. Не стоит из-за них беспокоиться.
"Прокопулос, - подумал Отт. - Этот пронырливый ублюдок забрал туфли, пока я был без сознания. Он подумал, что я мог соврать, что у меня не было сил перепрятывать камни. Ну и пусть подавится этими туфлями".
Отт закрыл глаза, наслаждаясь полетом. Потом его словно тряхнуло: а что еще забрал Прокопулос? Что с багажом? Обыскивали ли его одежду?
Отту хотелось выяснить все это немедленно, но у него уже не было сил бодрствовать, и он забылся тяжелым, беспокойным сном.
В Хартуме у путешественников оказалось два часа свободного времени до отправления поезда на Атрабу. В Атрабе поезд должны были переформировать: часть вагонов отправить на север, к Вади-Халфе и египетской границе, а часть сворачивала на восток, к Порт-Судану и Суакину, к Красному морю. Европейцы еще раз попытались достать билеты на самолет - исключительно для очистки совести. Их усилия были абсолютно бесполезны. Все рейсы были забиты под завязку. Шел к концу пятый день Дха'л-Хиджа, и до того момента, когда все желающие совершить хадж должны присутствовать в Мекке, оставалось всего семь дней. Поток хаджи все возрастал. Это был самый многолюдный хадж за всю историю, паломники съезжались даже из Китая и Индонезии. Казалось, половина Африки пришла в движение, переполнив все города и порты от Каира до Момбасы. Если не считать отдельных рейсов в Европу и Америку, все самолеты были переброшены на беспосадочный челночный маршрут до Джидды. К перевозке паломников приложили руку даже ВВС США, и все равно справиться с этим человеческим потоком не было никакой возможности.
- Нам еще повезло, что мы достали билеты на поезд, - сказал своим спутникам майор Харкнесс.
- По-вашему, это можно назвать везением? - хмыкнул Мак-Кью. - Я буду чертовски рад, когда наконец-то доберусь до Джидды.
- Сомневаюсь, - сказал майор. - Если здесь сейчас такой бедлам, представляете, что творится в Джидде?
- Представляю, - раздраженно бросил Мак-Кью. - А тут еще и в поезде трясись.
- Кстати, - вспомнил Харкнесс, - кто-нибудь в курсе: Отт нормально улетел, все в порядке?
- Думаю, да, - ответил Рибейра. - Мистер Прокопулос поехал с ним, чтобы за всем проследить.
- Очень любезно с его стороны, - сказал Харкнесс.
- Джентльмены, не хотите ли вы сходить вместе со мной на экскурсию? - спросил Эберхардт. - Здесь неподалеку находится музей суданской археологии.
- Я там уже бывал, - откликнулся Харкнесс.
- Я там не бывал, - сказал Рибейра, - и не испытываю ни малейшего желания. Мне нужна ванна, двенадцатичасовый сон и приличный обед - только после этого меня начнут интересовать местные достопримечательности.
- Точно-точно, - поддержал его Мак-Кью. - Я и сам такой грязный и уставший, что не пройду и лишних пятидесяти ярдов, даже если мне скажут, что здесь за углом стоит Тадж-Махал.
- Вполне согласен, - лаконично поддержал его Эчеверрья.
