В то утро на кону была не только жизнь матери, не только его место в «Живом проекте», в то утро речь шла о свободе не делать людей на убой, не делать рабов для потехи, не не делать клонов вообще. Возможно, в то утро он еще не осознавал это столь ясно, лишь борясь за то, что по праву считал своим, но теперь все изменилось. Михаил вслушивался в голоса, и казалось, что они отдаляются. Он все еще продолжал говорить и к его речи примешивались реплики «лечащего врача».
— Есть две причины, по которым вы не обвиняетесь в угрозе жизни президента государственной корпорации «Русь», Михаил Юрьевич, а так же в угрозе теракта на принадлежащей Live Project Incorporated арктической станции «Арктика-1». Одна из них — лояльность вашей матери к президенту. Благодаря произошедшему покушению у нас появилась возможность пообщаться по существу и Лариса Сергеевна благоразумно выделила мощности одной из клиник LPC и персонал для выведения… угрозы жизни из организма главы госкорпорации.
Михаил сжал зубы, но не почувствовал давления в челюстях. Показалось, что зубы во рту стали мягкими и податливыми.
— Вторая причина — принятие решения по направлению живых проектов. Новый управляющий, вопреки вашим ожиданиям, оказался компетентнее вас и уже начал выводить компанию из кризиса. Процедура банкротства будет остановлена. Михаил Юрьевич, сделайте над собой усилие, поднимите взгляд. Хорошо. Перед вами выкладки… впрочем, вы вряд ли сможете их сейчас понять, я объясню короче. Капитал, приходящийся на «Живой проект» составляет четверть капитала корпорации, что соответствует пакету акций «Руси». Когда вы отсюда выйдите, так или иначе, к «Живому проекту» и ключевой станции — «Арктика-1» вы не будете иметь никакого отношения. Что будет с «Foodstuff Synthesizing», «Live Project Cosmetics», LPL и конторой, занимающейся LSS, как ее там? — он пощелкал пальцами, а потом махнул рукой и закончил: — нам не интересно. Не удивляйтесь, когда спрос на услуги и продукты остающихся в ваших руках компаний стремительно пойдет на спад. Отныне подобная судьба будет ждать любое ваше начинание.
Михаил ощущал, что его затягивает в пол, и изо всех сил вцепился в стул. Прилагаемые усилия поглощали все внимание, голос Алексея Васильевича уносился все выше и выше.
— Не уходите от нас, Михаил Юрьевич, еще минуту. Когда мы увидимся в следующий раз, я буду рад услышать от вас всего лишь одно: заверение в абсолютном осознании справедливости произошедших перемен и обещание…
Михаил обмяк. «Лечащий врач» закрыл рот и с досадой вздохнул.
Лариса Сергеевна не привыкла спрашивать разрешения на что либо, но когда LSS LPI сообщила о полном и успешном извлечении нано-пинтов из организма президента госкорпорации, воскликнула с несвойственной ей раздражительностью:
— Ну, теперь я могу идти?
Она была заперта в уютной комнате ожидания северо-восточной клиники LPC. Мягкий диван и интерактивная стена были готовы обеспечить ей досуг. На небольшом столике, поблескивая идеально чистой поверхностью, стоял графин с водой, два стакана и свежие фрукты. Окно закрывали жалюзи. Ни что в помещении не напоминало камеру.
В качестве компании и надсмотрщиков к матери главы корпорации были приставлены две куклы, управляемые кем-то, кого она наверняка никогда не увидит лично. Вместо ответа в матрице информационного оформления окружающего пространства цвет двери сменился с красного на зеленый. Тут же в локаторе появился Николай.
Женщина стремительно поднялась, но тут же села на место, борясь с головокружением.
— Лариса Сергеевна, что с вами? — одна из кукол поднялась и подошла к женщине.
— Марк! Как хорошо, что ты!.. Как ты… не надо взламывать чужие куклы, Марк, у нас и так полно неприятностей!
— Пойдемте со мной.
— Помоги мне…
— Я в этой модели как в скафандре, такой отвратный отклик, — пожаловался директор LPC, подавая женщине локоть.
— Марк, вы вернули связь?
— Липа работает над этим.
Они зашли в лифт и, поднявшись на несколько этажей, через пару минут оказались в комнате отдыха административного персонала, застав там главврача клиники.
Несколько секунд главврач пыталась сопоставить сопровождавшую «хозяйку» куклу с директором компании.
— Марк?
— Добрый день, Светлана. Вы не уступите нам эту комнату?
— Да, конечно, — женщина поспешно поднялась и вышла.
— Здесь вам будет удобно, — Марк подводил Ларису Сергеевну к дивану. — Может, я зря отпустил Светлану, вам нужен доктор?
— Когда мне понадобится доктор, Липа подаст сигнал СБ, Марк. До тех пор… — женщина замолчала и прикрыла глаза ладонью. — Прости, Марк. Эти сутки…
— Ничего, Лариса Сергеевна, все будет хорошо.
— Ничего уже не будет хорошо! Русь забирает «Живой проект» и если есть на свете человек, способный заставить Мишу смириться с этим, лучше бы он объявился прямо здесь и сейчас!
— В каком смысле «забирает»?
Лариса Сергеевна отняла руку от лица и посмотрела на склонившегося перед ней робота ясным, чуть озадаченным взглядом.
— Физически и юридически, Марк. Как они это преподнесут и оформят, значения не имеет. Активы и пассивы «Живого проекта» и Арктика-1 перейдут к «Руси».
